Адриан развернулся.

— А знаете, что это значит, маршал? — его голос зазвенел. — Это значит, что граница открыта. Брезмон, по всей видимости, уже под контролем маркграфа, или будет под его контролем со дня на день.

Адриан остановился посреди кабинета и начал загибать пальцы.

— Итого, что мы имеем. С северо-запада на столицу движется Оттон. С юга туда же пойдет и Астрид с северянами. Герцог де Гонди перебегает на ее сторону. На границе с Бергонией стоит маркграф, который только что уничтожил часть нашего войска и забрал обратно все, что мы так долго захватывали. А мы? Мы сидим в Контерне. Всю зиму мы сидим в Контерне!

Адриан ударил ладонью по столу. Чернильница подпрыгнула и опрокинулась, залив темной лужей какие-то бумаги. Король не обратил на это внимания.

— Вы обещали мне Бергонию, маршал, — произнес он тихо, почти шепотом. И от этого шепота стало холоднее, чем от крика. — Вы говорили, что к лету вся Бергония будет нашей. Что багряные перекроют границу. Что бастард зажат. Я вам верил.

Повисла тишина.

Рикардо медленно приблизился к столу и остановился напротив короля. Внутри бушевала буря, но снаружи — ни единого намека. Золотой лев сейчас многое бы отдал за возможность схватить этого щенка и свернуть ему шею. Прямо в эту секунду Рикардо пообещал самому себе, что, когда придет время, он обязательно так и сделает. А потом прикажет своим бойцам перерезать всех тех, кто последние месяцы лил яд в уши короля.

— Ваше величество, — произнес он спокойно. — Ситуация изменилась и изменилась серьезно. Но она изменилась не только для нас.

Адриан скрестил руки на груди и уставился на маршала. Ждал, что тот начнет оправдываться. Но Рикардо не собирался этого делать.

— Как мы с вами уже обсуждали ранее, разгром коалиции было делом времени, — продолжил Рикардо, тщательно выбирая слова. — Оттон победил, но сейчас он занят Вестонией. До Эрувиля он еще не скоро доберется. Кроме того, появление северян нам только на руку. Если я правильно понимаю мотивы принцессы Астрид, мира с Оттоном у них не будет. Очень скоро северяне сцепятся с астландцами. Чем ослабят друг друга. Это дает нам время.

— Время? — Адриан зло усмехнулся, а Рикардо уже в который раз сдержал тяжелый вздох. Королю плевать на его доводы. — Мы только и делаем, что выигрываем время, маршал. А бастард тем временем продолжает обыгрывать вас вчистую!

Рикардо стиснул зубы. Он мельком взглянул на тонкую шею Адриана и незаметно сжал кулаки. Герцог даже позволил себе представить, как одним резким движением он обрушивается на этого неблагодарного молокососа. Как его стальные пальцы впиваются в эту хрупкую шею. Как хрустят позвонки и вылезают из орбит глаза короля. Неожиданно ему стало заметно легче.

— Потеря Шерана — удар серьезный, — признал Рикардо. — Не стану этого отрицать. Но армия бастарда невелика. Он растягивает свои силы. Шеран, Брезмон, Сапфировая цитадель, Гондервиль — он не может быть везде одновременно.

— Не может? — Адриан поднял бровь. — А мне кажется, что у него это неплохо получается. Скажите мне честно, маршал. Как на духу. Можем ли мы до середины лета взять Бергонию своими силами?

Вопрос повис в воздухе.

Рикардо хотел ответить «да». Он должен был ответить «да». Еще вчера вечером он бы ответил не задумываясь. Но сейчас…

Там, в Вестонии события действительно неслись вскачь. А еще проклятый бастард, который каждый раз умудрялся преподнести сюрприз.

— Бергонию мы возьмем, — произнес Рикардо. И эти слова дались ему очень тяжело. — Но для этого, возможно, придется действовать не так, как мы планировали изначально.

— Вот как, — Адриан прищурился. — И как же?

Рикардо помолчал. Слова, которые сейчас вертелись на языке, имели горький привкус. Горький, как признание собственного поражения.

— Мне нужно время, ваше величество, — произнес он наконец. — Чтобы осмыслить новые обстоятельства и представить вам обновленный план.

Адриан долго смотрел на него. Потом отвернулся.

— Ступайте, маршал. И поторопитесь. Как только кончатся дожди и земля просохнет, моя армия отправится в поход. К тому времени я хочу, чтобы у меня на столе лежал подробный обновленный план.

Рикардо поклонился и двинулся к двери. В спину ему прилетело:

— И еще, маршал…

Он обернулся.

— Я хочу знать, откуда принц Альгис получает свои сведения. Потому что, если его разведка работает лучше нашей, мне нужно понять — чего еще я не знаю.

Рикардо молча кивнул и вышел.

Тяжелая дверь закрылась за его спиной. Маршал, не спеша, но и не сбавляя скорости прошел по коридору, где сейчас обретались все те, кто ежедневно наушничал королю.

Золотой лев смотрел только вперед, гордо подняв подбородок, не удостаивая внимания этих гиен, лишь краем глаза ловя на себе их насмешливые и ненавидящие взгляды.

Он спустился по лестнице, миновал галерею с портретами предков прежних хозяев дворца и свернул в длинный коридор восточного крыла. Здесь было пусто. Ни слуг, ни придворных. Только гулкое эхо его шагов и шум дождя за высокими стрельчатыми окнами.