— Был? — Я отмечаю. Я терплю эту светскую беседу только потому, что болтовня бесконечно предпочтительнее, чем то, что он снова разрыдается. — Он умер?

— Да, его нашли обгоревшим дотла меньше месяца назад. Хотя они и не были близки, с Лукой обошлись довольно жестоко. Он все еще в трауре.

Что ж. Это неловко.

Теперь, когда я думаю об этом, тот вампир, которого я убила, когда впервые попала в Эвербаунд, действительно имел поразительное сходство с Лукой. Может быть, мне стоит признаться Кензи в том инциденте после того, как я найду ее.

Пожалуйста, позвольте мне найти ее.

Возвращается Вивьен и торжествующе поднимает пластиковый пакет, в котором лежит одна светлая прядь длинных вьющихся волос.

— Это подойдет? Я нашла это на нашей кровати.

— Да. — Я беру у нее пакет, осторожно, чтобы не коснуться ее пальцев. Не могу дождаться, когда возьму еще одну пару перчаток из своей комнаты. Засовывая пакет в карман толстовки Бэйлфайра, я поворачиваюсь, чтобы уйти.

Но как только я это делаю, Лука открывает входную дверь и удивленно смотрит на меня. Он держит в обеих руках несколько пакетов с теплой едой. Я не упускаю из виду, что он покровительственно поглядывает на Вивьен и Дирка, как будто беспокоится, что я каким-то образом причинила им боль за то короткое время, что нахожусь здесь.

Тот факт, что он осторожен, — это хорошо. Возможно, Дирк прав, и он, в конце концов, не полный придурок.

Он ставит еду на ближайший обеденный стол и свирепо смотрит на меня. — У тебя есть причина быть здесь? Если это для того, чтобы снять проклятое заклятие, которое ты наложила на мой член, не беспокойся. Целители наконец избавились от него, так что, иди ка ты нахуй.

Я беру свои слова обратно. Придурок — это мягко сказано для него.

— Лука, — вздыхает Вивьен. — Не будь грубияном.

Он складывает руки на груди. — Неважно. Зачем ты здесь, Минерва?

— Я же только что сказала, не будь грубияном! — упрекает миниатюрная элементаль воздуха.

— Я и не собирался, — фыркает Лука. — Я просто задал гребаный вопрос.

Дирк фыркает, наклоняясь, чтобы почесать икру. — Намеренно называть людей неправильными именами невежливо, чувак.

Лука выглядит таким растерянным, что я чуть не рассмеялась. Но чем дольше я остаюсь, тем дольше тяну, не зная, жива ли Кензи, поэтому я поднимаю пакет, чтобы показать ему единственную прядь светлых вьющихся волос.

— Я использую заклинание, чтобы найти ее.

— Мы уже попросили другого заклинателя попробовать это дерьмо, — жалуется Лука. — Это ничего не дало.

Вероятно, потому, что они использовали обычную магию, которую я почти не умею использовать в целом. К счастью для квинтета Кензи, я гораздо более искусна в других видах магии.

В частности, запрещенного вида.

— Попробовать не повредит, — размышляю я, поворачиваясь.

Но Вивьен хватает меня за руку, чтобы не дать мне уйти. Даже через рукав Бэйлфайр знакомое ощущение дискомфорта пробегает по моему телу, покалывая затылок, когда я замираю. Она не замечает, что я отчаянно пытаюсь избежать ее прикосновений. Это самая милая пара Кензи, которая только что выплакала все глаза, так что ломать ей руку за то, что она прикоснулась ко мне, вероятно, не лучший вариант действий.

— Подожди! Я только что вспомнила, что у нас с Кензи есть кое-что для тебя. Платье. Мы ходили по магазинам пару дней назад, прямо перед тем, как она…

Ее глаза снова слезятся, и теперь мне по-настоящему неловко. Пытаясь не обращать внимания на холодный пот, выступающий у меня на затылке, я выскальзываю из ее объятий и отступаю ближе к двери.

— Спасибо, но я в порядке.

— Но она сказала, что оно идеально подойдет тебе для Бала Связанных, и это сегодня вечером! Я схожу за ним. Она собиралась оставить его в твоей комнате в общежитии в качестве сюрприза, когда ты вернешься из Пенсильвании, поэтому написала для тебя записку и все такое, — добавляет Вивьен, прежде чем снова выбежать из комнаты.

— Записка от Кензи? — Я колеблюсь.

У меня мурашки по коже от всех этих непреднамеренно тошнотворных прикосновений, которым я подвергалась, но если я узнаю, что Кензи ушла навсегда…

Я никогда не была сентиментальной, но внезапно мне захотелось прочитать все, что она оставила для меня. В конце концов, это могут быть ее последние слова, обращенные ко мне.

Когда Вивьен возвращается с большой розовой сумкой для покупок и запиской, я беру записку первой, изо всех сил стараясь не вздрогнуть, когда на этот раз ее голые пальцы касаются моих. Я быстро прочитала по размашистым каракулям слов.

СЮРПРИЗ!

Ладно, я знаю, что купила тебе платье всего пару недель назад, а ты его даже ни разу не надевала, но это платье чертовски великолепно, и в нем ты будешь сногсшибательна на балу. Это в твоем стиле, и это покажет, насколько ты сексуальная (да, я сказала это, ты, горячая маленькая монашка), поэтому, пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста, носи его, даже если это просто для того, чтобы посмотреть, как у твоих парней отвисают челюсти (да, я сказала это снова, они полностью твои парни, даже если ты продолжаешь это отрицать).