Напомню, люди собственными силами добрались только до III. Все полученные ресурсы из Межмирья и собранные за 20 лет знания не позволяли продвинуться дальше. Русское Географическое Общество зашло в тупик в разработке подобного вооружения, но вот находят образец, который в теории можно скопировать…

Создавать что-то с нуля всегда тяжелей, чем перенимать чужие знания и творить на их основе. Возможно, уровень магии современных учeных недостаточно высок и искусен. Что же тогда делать?

«Заполучить готовенькое», — ответил я сам себе.

Ценность чeрных миров заиграла новыми красками — они могли служить источником полезных артефактов. Если это так, то мощь империи поднимется совершенно на иной уровень. Тот, кто первым заполучит столь драгоценные вещи, тот и будет править международный бал.

Когда я это услышал, то всё стало более очевидней: нужно поспешить с открытием собственных врат, иначе был риск проиграть в этой гонке. А пока не стоит усердствовать в нашей сделке. Стараться сверх оговорённого я не собирался.

Охрану я попросил, потому что забираю с собой всех сильных «офицеров». Феод на это время останется голым. РГО без моего меча имело меньше шансов на успех, потому разведчикам дали отмашку помочь. Артефакт Аластора того стоил, посчитали они. Дыру в безопасности закроет сотня воинов, но за это им нужен результат. Вот что имел в виду граф Абросимов.

Мимо нас по коридору пролетел с ветерком Иней. Виверну разрешили осмотреть новое место, и он носился по зданию, как сумасшедший. Я его предупредил: сломаешь что-то и останешься на сухпайке.

«Пойдeшь мышей ловить, понял меня?»

Грызуны не вызывали в Инее гастрономического восторга, посему он внял наставлениям. Всe-таки харчи Лукичны — отличный рычаг давления на этого непоседу.

Виверн обнюхивал углы аудиторий, садился на люстры, сбегал и забегал по перилам, а также скатывался на заднице по ступенькам, считая это забавным.

— Обещаю выложиться на полную, — ответил я Юре на прощание и пожал руку.

На этом аудиенция закончилась, и мы с моим питомцем заглянули к старичку Регнуму. Здоровенный виверн обрадовался, увидев человека, который пробудил в нeм второе дыхание к полeтам.

— Поактивнее стал, каждый день старается, — похвалил его дрессировщик. — Только всe сам, похоже, надоело ему людей на себе таскать. Попробуйте, может, вам не откажет?

Регнум не отказал. Как будто всe это время ждал нас. Я погладил его по выцветшей гигантской морде и увидел, как светится золотым перчатка на левой руке — мы установили контакт.

Ощущения будто мозг чешется. Голова в этот раз не сильно болела. В спектр эмоций ветерана виверн добавилась яркоокрашенная определeнность в нынешнем этапе жизни. Как будто до этого Регнум не знал, чем ему заняться на склоне лет, ведь его сородичи редко доживали до столь преклонного возраста. Их масса тела становилась слишком большой, тянула к земле и мешала охотиться.

Люди же ухаживали за боевыми товарищами, давая им еду просто так. Это ломало привычный ход жизни, но мысленно магзверь шeл по заложенному природой сценарию. Он потерял тягу к жизни, к полeтам и единственное, что его занимало: игра с молодым поколением.

После нашей последней встречи Регнум сбросил шестую часть своего веса — сжeг еe в изнурительных тренировках. Выглядел старичком, но внутри «начинку» омолодил — это и толкало к внешним изменениям. Перерождение прошло с успехом.

Конечно же, он прокатил нас от души. «Посчастливилось» побывать и в ужасающем пике, и повертеться бочкой, и прочувствовать ускорение, когда всe вокруг смазывается до быстротекущих линий. Хорошо хоть магический барьер защищал нас от смертельных толчков ветра — так немудрено и головы лишиться, либо вовсе упасть на землю.

Вообще, этот карман предназначался для переноски детeнышей виверн. Они прятали их там при миграции в другие земли, но ушлые людишки быстро сообразили, что к чему.

Всё закончилось жeсткой посадкой, от которой весь дух вышибло, а глаза собрались в кучу. Иней, когда вылез, пьяными шагами вилял туда-сюда, пока не шлeпнулся на задницу. Я справился с приступом тошноты, подождал минуты две и отпустило.

Подобный опыт говорил о моей слабой адаптации к полётам. Недаром ранг наездника на виверне всё ещё был низшим — «Е». Как и обещал себе, я приступил к тренировкам. Регнум для этого подходил как нельзя кстати. Натаскает меня на совесть. Его мощь выражалась не только в размерах, смертоносных челюстях и когтях. Сознание старого виверна не в пример сильнее молодых особей.

Оно с лёгкостью могло свести с ума даже опытного наездника — потому у него и не было достойной кандидатуры среди разведчиков. Годами он не вступал в полноценную связь с равным по силе. Дрессировщики лишь могли считывать его состояние по вторичным признакам, не рискуя своим ментальным здоровьем.

Выручила случайность — моя кровь ведуна. Она не позволила лишить меня рассудка, а заодно подарила надежду отчаявшемуся Регнуму.

— До встречи, старина, — с улыбкой выдавил я из себя и похлопал виверна по морде. — Да-да, не хвастайся. В следующий раз я тебе покажу, — ответил я ему, когда тот самодовольно прищурился.