В ответ мне в лицо раздался оглушающий рёв, от которого Иней кубарем отлетел на пять метров назад. Я нагнул корпус вперёд, чтобы не опозориться перед дрессировщиками, и выстоял. Побледневшие кадеты уже стояли с оружием наголо, готовые спасать гражданского, но никак не ожидали, что тот засмеётся в ответ на призыв к поединку.

Для них это выглядело так, но я увидел только желание посоревноваться и никакой враждебности. Регнум принял мой вызов и таким образом пообещал в следующий раз не оставить мне и шанса. Я повернулся к нему спиной и помахал на прощание рукой.

— С вами всe в порядке? — извиняющимся тоном спросил дрессировщик, когда всё уже закончилось.

— Более чем, на сегодня он попросил говядинки. Войди в положение — никакого жирного мяса. Человек пытается похудеть, а вы его кормите не пойми чем.

— Человек? — поднял бровь собеседник.

— Магзверь, — поправился я. — В общем, смысл ты понял.

Дрессировщик почесал репу, бросил взгляд мне вслед, а потом на довольно хлопавшего крыльями Регнума: к нему, вопреки окрикам, прильнула вся малышня, побросав свои занятия с кадетами. Старичок был в настроении поиграться — хватал за шкирку детёныша, подбрасывал длинной шеей высоко вверх, а потом мягко ловил хвостом. Кучка мелких виверн пищали от восторга.

— Ну хорошо, будет тебе говядина… — сдался дрессировщик и отправился в ратушу писать прошение на поставку мяса.

Если Регнум чувствовал себя прекрасно, то и остальной молодняк будет усердней учиться, копируя своего приёмного отца. Барон, сам того не зная, облегчил всему персоналу работу.

На сегодня у меня было запланировано несколько встреч. Одна из них в «Оранжевом-5». Это оказался густонаселeнный город с множеством жителей из разных стран. Что-то вроде международной столицы всей планеты.

Охотиться в будущем я здесь не собирался: здешние отряды выгребали всю живность на много километров вокруг вот уже второй десяток лет. Соревноваться с ними — дохлый номер.

«Оранжевый-5» — это межмировое распутье, медиана, по которой проходила усреднeнная боеспособность всех витязей. Добыча здесь стоила достаточно дорого и убивалась без особых проблем. Удобней было обосноваться здесь, чем идти дальше в другие миры. Риск там поднимался кратно, а выхлоп, не сказать чтобы кардинально менялся. Оттого и многотысячное поселение.

Местные смешались в общем плавильном котле и породили эсперанто — искусственный язык для удобства общения. На нeм бойко разговаривало родившееся и выросшее здесь поколение. Их родители, бабушки и дедушки тоже потихоньку отказывались от родной речи.

Но культуры не выветривались, потому как витязи из родных стран прибывали с завидным постоянством. Это же касалось и проданных сюда на подселение рабов. Новенькие чтили традиции предков, заодно напоминая о них старожилам.

По улицам туда-сюда шурудили повозки, фаэтоны и даже богато расписанные кареты местных царьков. Встречались заведения на любой вкус: от самой обычной обрыгаловки до неприлично помпезного ресторана. Улицы не отличишь от родных с Земли.

В этом слоeном людском пироге можно было отыскать всe: горожан, нищих, орущих проповедников новой веры, лоточников-китайцев, босоногих тибетских монахов, вооружeнных сосредоточенных витязей, стайки ребятишек, уставших после бурной ночи проституток, спешащих на работу мелких чиновников и многих других представителей разношeрстного общества.

«Оранжевый-5» — это человеческий муравейник, вобравший в себя все виды муравьeв, ужившихся между собой странным образом. Даже «паразиты» здесь несли незримую пользу. Лучше хоть какие люди, чем их отсутствие.

Причина, по которой мы с Нобу и Склодским оказались здесь, тривиальна: в этом бардаке легко затеряться и сбросить хвост от РГО. Как говорится, если хочешь провести секретную встречу — сделай это у всех на виду. Мы так и поступили. Глазастый Нобуёси сообщил нам, когда шпики отстали.

Встречу мы запланировали в немецкой харчевне, где окружающие были больше заняты поглощением пива и застольными разговорами, чем разглядыванием новых постояльцев.

Склодский подготовил нам наряды заранее, так что внешне вы не отличались от обычных витязей-завсегдатаев. Имелось в виду тех, что остались проживать в «Оранжевом-5» на постоянной основе. Их не подгоняли никакие сроки, и работали они в своё удовольствие.

Нам с беззубой улыбкой махнул кто-то в углу заведения, и Леонид повёл компанию туда.

— Здравствуй, брат, — коротко поприветствовал мужчина и дружески потрепал ладонь Склодского, — и тебе, Владимир, доброго дня. Я Харитон, без церемоний, сам понимаешь, — он намеренно опустил титул, чтобы не раздражать лишних ушей.

Для посторонних это была приятная беседа четырёх друзей.

— Что там с Павлом? — спросил я, когда половой поставил жареные сосиски на стол и удалился за выпивкой.