На групповых фотографиях она всегда стояла поодаль, словно наблюдатель чужой жизни. Её осанка выдавала внутреннюю борьбу: спина прямая, но напряжённая, руки скрещены на груди в защитном жесте. В глазах читалась безмолвная мольба о помощи, которую она отчаянно пыталась скрыть.

Алине часто попадались на фото кадры, намекающие на желание сбежать — окна, двери. Наткнувшись на последний пост, сделанный почти пять лет назад, Лиса поняла, почему несчастная женщина так и не претворила свой план в жизнь.

«В парке сегодня так тепло, — гласила запись. — Дети смеются, а я смотрю на них и думаю — сколько ещё смогу их защищать?

Люблю вас, мои ангелочки. Берегите друг друга».

К заметке прикреплен снимок: Ирина Селиванова сидит на скамейке, дети качаются на качелях, их счастливые лица освещены солнцем, а её взгляд полон тихой грусти.

Под записью красовались хэштеги: #семья #дети #счастье.

— Он убил её, ведь так? Забил до смерти, — с лютой ненавистью предположила Алина, с сочувствием глядя на лица осиротевших детей.

— Выясним, — с уверенностью пообещал Демон, вынул мобильный телефон и по памяти набрал несколько цифр. Ответили ему практически сразу.

— Здравствуйте. Можно нам машину на улицу Аргуновскую, дом... Поедем в аэропорт. Нет, без багажа, мы едем встречать. Да. Простите, девушка, а вы не могли бы посмотреть, свободен ли сейчас водитель с госзнаком... — он открыл профиль Антона и вызвал на экран фотографию белой «Mazda», рядом с которой красовался владелец, зачитал вслух номерные знаки. — Понимаете, я всегда пользуюсь услугами именно этого водителя, и если он не занят... Очень вам признателен. Жду.

Алина вытаращилась на Сашу.

— Серьезно? Вот так просто поедем с ним куда-то?

— А к чему усложнять, Лис?

Серые стены придорожного кафе словно давили на плечи. Алина нервно теребила край своей куртки, поглядывая на часы. Демон, напротив, сохранял абсолютное спокойствие, будто они пришли сюда просто перекусить.

— Думаешь, сработает? — тихо спросила она, когда за окном мелькнул силуэт приближающейся машины.

— Доверься мне, — усмехнулся Демон. — Главное — не переиграть.

Такси остановилось у входа. За рулём сидел именно тот, кого они искали — Антон. Мужчина лет сорока, с тяжёлым взглядом и набухшими кожистыми мешками под глазами.

— Привет, братан! — Демон первым открыл дверцу пассажирского сиденья, посторонился и нагло, хоть и безболезненно, пихнул внутрь Алину. — Шевелись, курица. Нам срочно нужно в аэропорт.

Антон кивнул, не проявляя особого интереса. Демон забрался в салон.

— Да подвинься ты, идиотка, чего развалилась на всё кресло, — Саша нарочито небрежно толкнул Алину в плечо. — И морду попроще сделай, это твою тупую мамашу едем встречать. Послал бог семейку.

Алина изобразила обиду, потупила взгляд и втянула голову в плечи.

Антон покосился на них в зеркало заднего вида:

— Давно женаты?

— Да вечность кажется, — со вздохом разочарования признался Демон. — Знаешь, как она меня достала? Постоянно лезет с советами, будто что-то понимает. Димочка, тебе бы поменьше курить, Димочка, ты слишком часто стал выпивать. Ух, придушил бы, гадину! — он потёр ладони, словно насилу заставляя держать их вдали от прелестной шеи «супруги».

Алина вспомнила его недавние слова о ненависти чистой воды, которую он к ней испытывает, и глаза заблестели от слёз. Она тяжело сглотнула и невидящим взглядом уставилась в окно.

— Да уж, — хмыкнул Антон, выруливая на дорогу. — У меня тоже жена такая. Всё норовит учить, как жить.

Демон подался вперёд, как бы показывая, что таксист ему импонирует.

— И что ты терпишь что ли? — как бы между прочим спросил он.

Антон помолчал, затем бросил короткий взгляд в зеркало:

— Иногда приходится воспитывать. Женщина должна знать своё место, меня так отец в детстве учил. Ты ей пару раз наподдай, вмиг шелковой станет.

В салоне повисла тяжёлая тишина. Демон незаметно сжал кулак под курткой — план сработал. Теперь главное — не спугнуть подозреваемого.

— Понимаю, — кивнул он. — С бабами только так и можно. Вот чего я без колёс, как думаешь? Эта лярва парковаться не умеет, весь бампер вдребезги разнесла!

— Там всего лишь маленькая царапина, — рискнула выступить Алина, не глядя на «мужа».

— Уткнись, ущербная, твоего мнения никто не спрашивал, — яростно одернул «супруг». — Мы ещё поговорим вечером о маленьких царапинах. Мать твою только в богадельню пристроим. Кстати, дружище, не подскажешь, есть вблизи аэропорта гостишки какие попроще? Может, даже хостел?