Я знал, что эта передышка не продлится долго. Тем более среди нас не было Катерины, напоминая своим отсутствием большие проблемы за океаном…

Белегар, князь гномов и по совместительству мой главный по железкам, был похож на ребёнка, которого запустили в самую большую в мире кондитерскую лавку. Его глаза, обычно хмурые и сосредоточенные, горели фанатичным огнём, борода растрепалась, а руки то и дело взлетали вверх в жесте то ли восторга, то ли отчаяния. Он носился по уцелевшей лаборатории Астария, как угорелый, тыча пальцем в оборудование и выкрикивая что-то на своём гномьем, от чего его помощники, такие же коренастые и бородатые, только почтительно кивали и что-то быстро зарисовывали в свои блокноты.

— Мать моя, гномья женщина! — наконец перешёл он на всеобщий, не сдержав эмоций. — Влад, ты видишь это?! Ты просто посмотри на это!

Я видел. И то, что я видел, мне не нравилось от слова совсем. Еще одна лаборатория, которую мы отбили у Астария, была не просто подвалом с колбами. Это был настоящий научный комплекс, вырубленный в скале, филиал ада на земле, где безумие и гений сплелись в один тугой, уродливый узел. Часть помещений была разрушена во время штурма, часть мы сами выжгли напалмом, чтобы не плодить заразу, но то, что уцелело, поражало воображение.

Рядом с гномами, как бледные тени, бродили научники из магических академий. Эти, в отличие от Белегара, не испытывали восторга, только тихий, академический ужас. Они ходили между разбитыми чанами, где плавали останки химер, брали пробы, сканировали оборудование и тихо перешёптывались, качая головами.

— Здесь нет ничего, что было бы знакомым — пробормотал седовласый магистр, разглядывая схему на одном из уцелевших экранов. — Это… это другая ветвь развития. Совершенно иной подход к магии, плюс технологии, которые нам неизвестны.

— И, судя по результатам, у них почти получилось, — хмыкнул, подходя к центральному стенду.

Здесь, под защитным куполом, висела голографическая проекция… оружия. Какая-то хреновина, похожая на гибрид пулемёта и магического посоха. Судя по схемам, она питалась не от кристаллов, а от жизненной силы стрелка. Смертельно эффективно, включая побочные эффекты в виде быстрой деградации тканей и последующего превращения в бодрого зомби. Миленько.

— Варварство! — фыркнул магистр. — Жуткая, неэффективная трата ресурса! Можно было бы добиться того же результата, используя…

— Используя то, чего у Астария не было, — прервал его. — У него не было времени на изящные решения. Ему нужно было оружие здесь и сейчас. И он его получил, вместе с армией одноразовых солдат.

Белегар, услышав наш разговор, тут же подскочил ко мне, отталкивая магистра.

— Влад, забудь про этих теоретиков! — он ткнул пальцем в экран. — Ты понимаешь, что это?! Это же прорыв! Если мы адаптируем этот принцип… уберём завязку на жизненные силы, поставим нормальные системы охлаждения, то сможем вооружить каждого гвардейца пушкой, способной пробить щит штурмовика! Мои ребята уже сделали наброски!

— Нет! — мой ответ прозвучал, как выстрел.

Белегар замер, его восторженное лицо вытянулось.

— Что… что значит «нет»?

— Это значит, нет, Белегар. Никаких «адаптируем» и «упростим». По крайней мере, пока.

Я обвёл взглядом лабораторию. Знания, которые здесь хранились, были ядом. Слишком соблазнительным, слишком опасным. Я с трудом контролировал вооружения, что производились на производствах Белегара. Ведь допуск к магострелам был фактически у ограниченного количества войск. А недовольства сред аристократии Анимории по этому поводу было все больше и больше. Дать волю этим технологиям в черновом варианте, это огромный шанс, что прототип уйдет налево, и через пару лет у меня будет под окнами будет стоять армия очередного умника, способная погрузить в хаос весь континент.

— С сегодняшнего дня этото объект, и два других, — я посмотрел на Ворона, который всё это время молча стоял за моей спиной, — объявляются зоной высшего уровня секретности. Всё, что вы здесь найдёте, схемы, образцы, журналы, даже мусор из корзин, пакуется, опечатывается и вывозится в Долину в наш закрытый исследовательский центр.

— Но, Влад! — взвыл Белегар. — Это же… Мы можем…

— Мы можем наделать таких делов, что потом три поколения будут разгребать, — жёстко ответил ему. — Эти технологии как чума, по сравнению с которой химеры Астария покажутся детской страшилкой. Поэтому доступ к этим материалам будет только у меня и у узкого, специально отобранного круга лиц, которые все до единого висят клятве крови. И работать они будут под моим личным контролем. Вспомни накат Пауков, чего нам стоили потери. А ты хочешь чуть ли не в открытую махать перед носом этим оружием перед дворянами без мозгов!

Магистры облегчённо выдохнули. Они, в отличие от гнома, прекрасно понимали, с каким дьяволом мы тут имеем дело. Гном что-то пробурчал себе в бороду, но спорить не стал, битва в Долине была еще свежа в его памяти, когда Белегару пришлось ронять на землю огромный крейсер, до последнего находясь в капитанском кресле.

— Ворон, обеспечь периметр. Три кольца охраны, магические барьеры, сенсоры. Ни одна мышь не должна проскочить. Допуск только высшего уровня.

— Будет сделано, — кивнул Ворон.