Генерал сглотнул и замолчал, его лицо приобрело цвет старого пергамента. Остальные даже не шелохнулись, вжавшись в свои кресла.

— Продолжайте, София, — кивнул супруге.

— … пункт восьмой, — невозмутимо продолжила рыжая. — Все вооружённые силы Королевства Лирия переходят под оперативное командование объединённого штаба, возглавляемого представителем Императора Анимории. Любые перемещения войск, учения или перевооружение осуществляются только с санкции штаба…

Это был контрольный в голову, я забирал. Их опору, единственный инструмент власти. Теперь они были голыми королями.

— … пункт девятый, экономическая интеграция, — София перешла к своей любимой части. — Отмена всех таможенных пошлин для товаров из Анимории. Введение единой валюты, золотого стандарта Анимории. Все стратегические ресурсы объявляются совместной собственностью с преимущественным правом выкупа аниморийской стороной…

Теперь застонал другой генерал, отвечавший, видимо, за снабжение. Он смотрел на Софию, как на чудовище, сожравшее его любимого ребёнка. А она смотрела на него с улыбкой сытого удава.

Когда София закончила, в зале повисла мёртвая тишина. Генералы сидели, уставившись в стол. Каждый из них понимал, что подписывает смертный приговор своей стране в том виде, какой она была буквально несколько месяцев назад. Но выбора у них не было, альтернативой был не просто разгром, а полное, тотальное уничтожение государственности и права на уровне обычной провинции у черта на рогах.

— Ваши подписи, господа, — я подвинул к ним кристалл для магической подписи.

Они подписывали по одному. Медленно, скрепя сердце, оставляя на документе свои светящиеся росчерки. Каждый росчерк был как капля крови, которую они отдавали мне. Я смотрел на это с холодным удовлетворением. Я строил буферную зону, обеспечивая безопасность своих границ. И если для этого нужно было поставить на колени целую страну, что ж, такова цена. Последним подписывал тот самый старый генерал, его рука дрожала. Он поднял на меня глаза, полные бессильной ярости.

— Вы… вы ещё пожалеете об этом, — прохрипел он. — Народ Лирии никогда не простит этого унижения.

— Говорите за себя, — пожал плечами. — Но, как показывает практика, генерал, народ очень быстро забывает об унижении, когда у него в миске есть горячая похлёбка, а над головой мирное небо. И то, и другое я им обеспечу, в отличие от вашего бывшего императора.

Он ничего не ответил, просто поставил подпись и откинулся на спинку стула, закрыв глаза. Я забрал договор. Империя Влада Морозова только что приросла новой провинцией де-факто. Теперь здесь будет мой порядок, а несогласные… что ж, кладбища в Лирии большие, места хватит всем.

В тот вечер я впервые за долгое время почувствовал себя почти человеком. Не императором, а просто мужиком, который пришёл домой после хреновой, изматывающей работы. «Домом» служили несколько комнат в самом дальнем и наименее пострадавшем крыле дворца, которые мои гвардейцы наскоро зачистили и обставили. Здесь не было пафоса тронных залов, только простая мебель, камин, в котором весело потрескивали дрова, и запах домашней еды.

Моя семья уже ждала меня. Когда вошёл, сбросив на стул тяжёлый китель и оставшись в рубашке, они все обернулись. И в их взглядах я увидел не подобострастие местных аристо, а тёплую, искреннюю радость. Мирра тут же подскочила ко мне, её кошачьи ушки смешно дёрнулись.

— Наконец-то! — промурлыкала она, забирая у меня оружие и вешая его на стойку. — Мы уж думали, ты решил заночевать в обнимку со своими тактическими картами. Садись скорее, всё остынет!

Она усадила меня за стол, на котором уже стояли тарелки с чем-то простым, но аппетитно пахнущим. Жареное мясо, печёный картофель, салат. Не королевский пир, а обычный ужин. И от этого было до чёртиков хорошо. Мидори сидела напротив, её обычно пронзительный взгляд был сейчас мягким и сонным. За последние дни она вымоталась не меньше моего, держа в узде столицу Анимории, пока я тут играл в солдатики.

— Ну что, навоевался, герой? — лениво протянула лиса, подпирая щёку рукой. — А то мы тут без тебя совсем заскучали, особенно Мирра. Она тут всё сокрушалась, что ей не досталось веселья. Говорит, всех химер расстреляли, даже полечить некого.

Мирра тут же покраснела и легонько стукнула лису по руке.

— Я не то имела в виду! Просто… вы все там сражались, а я… я сидела в тылу.

— И правильно делала, — сказал я, отрезая кусок мяса. — Не хватало еще мага Жизни, размахивающего чем очень страшным перед мордами лирианцев. С них Мери хватит, Удо ее как увидит, так трястись начинает.

Целительница благодарно улыбнулась. Она была якорем нашего маленького безумного мирка. Тихой гаванью, куда мы все возвращались зализывать раны, и физические, и душевные.

— Кстати, у него, похоже, новая фобия — усмехнулась Мери, поглядывая на рогатую, которая с аппетитом уплетала мясо.

— А я чего? Подумаешь, мимо разок прошла — пробубнила Фейри с набитым ртом.

— Да, да! Мы все видели — усмехнулась Видящая

Мэри сидела рядом со мной, сейчас она была молчаливой, задумчивой. Я видел, что она всё ещё прокручивает в голове события последних дней, свою ошибку, своих погибших людей. Не лезть к ней с расспросами, просто накрыл её руку своей, лежавшей на столе. Мери с расслабленной улыбкой улеглась мне на плечо.