Про снабжение и вспоминать не хочется — вечная головная боль. Остаётся только крутиться, исхитряться и как-то превозмогать.

Потратив ещё два дня на решение вопросов насчёт аренды складов на архипелаге Поющих камней, я сменил «Красотку» на вовремя прибывший на архипелаг курьерский дирижабль. Гружёной специями шхуне предстояло самостоятельно пересечь Тёплый океан, чтобы дойти до Вольной марки.

А у меня нет лишнего времени, чтобы бороздить моря и океаны.

Но и в полете мне не было покоя. Обложившись всеми картами, которые только смог достать, я сидел в своей маленькой каюте, прикидывая различные планы этой дерзкой кампании. И даже кое-что начинало вырисовываться — безумное, наглое, но возможное. Особенно если самая ветреная из леди будет на нашей стороне, а чтобы её заинтересовать, требуется всё трижды продумать.

Так что весть о том, что мы прибыли в Степного Стража, стала для меня полной, хоть и приятной неожиданностью.

Покинув очередной, сделавший вынужденный крюк почтовый дирижабль, я оглядел ставшую почти родной ровную площадку посадочного поля Степного Стража с одиноко торчавшей прямо по центру причальной мачтой.

Встречающих вновь нет. Но это неудивительно — сообщить о моём прилёте было просто некому. Так что в этот раз до Биржи Наемников придётся идти пешком, а не весело катиться на самобегающем экипаже.

Но хоть прогуляюсь.

Вообще, я странный маркграф, думал я, вышагивая по знакомым улицам. Слуг не имею, путешествую без свиты, пренебрегаю охраной. Наверное, просто не могу привыкнуть к этому статусу. Я слишком долго был простым рыцарем, чтобы стать приличным аристо. Если таковые вообще существуют в природе.

Может оно и к лучшему? А то стану слишком занят интригами, как все прочие.

Дела на бирже били ключом. Вольная марка полностью отошла от вторжения альвов и затеи императора, организовать на её территории малую войну за шанс стать главным наследником. Требовалось всё также проводить караваны с грузом от Гнилых гор до побережья Пресного моря или в Серый берег, таскать контрабанду, артефакты древних и охотничьи трофеи из глубины Пепельных земель, лежащих за Сухой рекой.

Да и я работы наемникам подкинул. Большая часть самых «вкусных» заказов ушла лояльным мне отрядам, поддержавшим мои притязания на титул маркграфа. Но и остальным кое-что перепало.

Со временем эту вольницу придётся как-то душить, давить или вытеснять за Сухую реку, пусть осваивают новые земли и живут, как им нравится. Но сейчас для этого нет времени и возможностей.

— Ваше Сиятельство, наконец-то! — в голосе Берга Нотана было столько искренней радости, что я сразу понял — дело дрянь.

В своё время я сделал очень удачный ход, перетянув этого имперского чиновника к себе на службу. Не знаю, сколько он ворует, но дело делает на все двести процентов.

— Всё потом! — сразу же остановил я его порыв. А то сейчас начнётся — тут подписать, это обсудить. Без меня как-то почти два месяца справлялись, пусть и дальше работают. — Мне нужен Бахал, немедленно. Телеграф в порядке?

— Когда ему никто не мешает, он всегда в порядке, — слегка приуныл бывший директор биржи. Понял, что моё появление мало что меняет в его скорбной судьбе.

Ничего, перед отбытием порадую чиновника. Обращение «ласс» вместо «почтенный» он заслужил. А там может и до баронского титула дорастет… лет через десять… либо до виселицы, если попадётся на крупном воровстве.

— Отлично! Необходимо срочно послать телеграмму Ригору Загиму. Он нужен мне в Страже!

— Так он вот уже шесть дней как в городе, — сообщил Берг. — Ждёт возвращения Вашего Сиятельства и решает вопросы со строительством.

— Ещё лучше, — обрадовался я. Удачно вышло! Из-за обширного строительства Ригор довольно часто приезжает в марку. Но обычно дольше трёх-четырех дней не задерживается. — Найди его и пригласи ко мне.

— Сделаем, — кивнул чиновник, с надеждой посмотрев на пачку каких-то листов. — А пока вы их ждёте, может…

Дальше я слушать не стал, самым позорным образом покинув поле боя, отступив до своего кабинета. Бумажные баталии безопасны, но выматывают не хуже настоящих. Нет во мне необходимой для этого чиновничьей жилки и должной усидчивости. Лучше с картами поработаю.

Бахал появился быстро. И короткое время был даже рад моему возвращению, пока на стол не легли первые бумаги, со списком необходимых дел.

— Эта пачка — нужно сделать ещё вчера, — сообщал я ему, после обмена приветствиями. — Эта — приступить немедленно. А вот эта, можно подождать…

— До завтра? — со скрытой надеждой в голосе поинтересовался он, явно пожалев, что вернулся извечный хаос, нарушив спокойное течение его жизни.

— Вижу, ты всё ещё не растерял излишнего оптимизма, — похвалил я его, прежде чем разбить эти наивные мечты. — До вечера! Приступай, часть дел можешь спихнуть на Онилию. Всё, давай, время не ждёт.