Запах газа становится сильнее. Природный газ не имеет запаха – его добавляют в наши коммуникации, чтобы предупредить людей об утечке, когда она случается. Если бы я пришла на кухню и почувствовала этот запах, я бы точно знала, что не стоит пользоваться духовкой и, возможно, вызвала бы пожарных. Но Ноэль, конечно, не знает этого.

Если я оставлю ему еду на плите, чтобы он её разогрел, он сделает это, даже если запах газа будет удушающим. Он не имел ни малейшего понятия, что зажигание плиты может вызвать взрыв, который серьёзно его травмирует. Это может его убить.

Конечно, если бы что–то такое случилось, меня бы в этот момент не было дома. Если бы взрыв произошёл, я бы не хотела быть рядом. И на этот случай мне бы понадобилось алиби.

Да, офицер, я была у Кинси весь вечер. Это была такая ужасная трагедия. Если бы я была дома, я бы почувствовала запах газа. Я могла бы остановить это.

Но Ноэль заслуживает этого. Я любила его всем сердцем и душой, а он... Что он сделал? Он предал меня самым жестоким образом.

Я достаю телефон и набираю сообщение Кинси: «Пошли!»

Глава 12

Настоящее время

Меня перевели в зону, прилегающую к камере казни, которая называется зоной наблюдения за смертью. Она не лучше. Как и моё прошлое место, моя комната размером с парковочное место. Матрас чуть удобнее, но не намного.

Мы готовимся к событию. Кинси принесла мне наряд, чтобы я не умирала в тюремной одежде. Вместо этого я буду в чёрных брюках и синей хлопковой блузке – так гораздо лучше.

Я также смогу выбрать, что я хочу на свой последний ужин. Хотя это не так уж и волнительно. Мне сказали, что есть ценовой лимит в сорок долларов, так что никакого омакасе не будет – мои последние мгновения не будут такими шикарными.

А потом, конечно, я встречусь с отцом Деккером. С тех пор как я увидела этого капеллана, мои сны о Ноэле стали мрачнее. Мы пережили так много счастливых моментов вместе, но в конце… Нет, конец был не таким уж хорошим. Я сделала то, о чём теперь жалею.

Нечто ужасное.

Но если он жив… Если каким–то образом взрыв газа не убил его, и он всё ещё здесь, дышит…

Ведь это возможно. Я никогда не видела его труп. Он может быть жив.

Я хочу этого так сильно, что мне больно. За день до моей казни Рея забирает меня из камеры. Мы проходим через те же рутинные процедуры – сковывание рук и ног, обыск. Я едва замечаю это. Всё, о чём я могу думать, это Ноэль. Я собираюсь увидеть его.

– Ты дрожишь, – замечает Рея, когда мы идём в зону для посещений.

– Да…

– Тебе будет полезно встретиться с капелланом, – говорит она. – Ты почти у конца.

Да. Я почти у конца. Если не случится чуда, мне не избежать казни.

Единственное, что может остановить казнь – это если мой муж всё ещё жив, потому что за убийство живого человека казнить нельзя.

Я следую за Реей в зону для посещений. Она права – я трясусь, как осиновый лист. Когда мы подходим, я чуть не спотыкаюсь о собственные ноги. Вполне возможно, что этот человек – просто обычный тюремный капеллан. На самом деле, это наиболее вероятный вариант.

Мы доходим до зоны для посещений, и я оказываюсь тут одна. Как и во дворе для прогулок, здесь никого из заключенных больше нет. По ту сторону стекла – только один человек. Он здесь, чтобы провести мое последнее причастие.

Я медленно иду к человеку в чёрном, с белой полосой на воротнике.

Глава 13

Ранее

Пока мой дом медленно наполняется газом, я с Кинси сижу в корейском ресторане–барбекю.

Прежде чем уйти, я отправила Ноэлю текст, в котором говорилось, что я иду гулять с подругой, но оставила еду на плите, чтобы он её разогрел – просто спагетти и фрикадельки, которые остались с вечера. Я положила их в кастрюлю и закрыла крышкой, максимально упростив ему задачу. Всё, что ему нужно было сделать, – это разжечь плиту.

Он мне не ответил. Наверное, опять задерживается на работе, как всегда. Он, скорее всего, придёт около восьми, первым делом смоет с себя запах её духов, а потом сразу же пойдёт к плите. Секс с любовницей наверняка возбудит в нем аппетит.