Неглубокий ручей пересекает наш путь, и его журчание по отполированным камешкам похоже на сладкую песню. Каменный мост перекинут через него с изящными арочными перилами, покрытыми декоративными рунами и выгравированными цветами. Дорога за ним вымощена булыжником, наполовину скрытым под слоем опавших листьев, как будто лес пытается скрыть от нас тропу. Все это кажется таким неуместным здесь, посреди дикой местности.

Тело Ронана вздрогнуло от напряжения, и краем глаза я заметила, как он с тревогой оглядывается по сторонам.

Копыта лошадей громко стучат, когда мы переходим мост. У деревьев здесь есть зияющие дупла в основании стволов, обнажающие внутреннюю часть с треснувшими плиточными полами и оконными рамами между корой стен с грязными витражами. У многих есть лестницы, которые обвивают ствол и ведут в другие комнаты, встроенные в дерево или выступающие с боков. Это домики фейри на деревьях. Здесь, в этом царстве.

Каменные руины разбросаны по всей округе. Ряды высоких колонн, которые ничего не поддерживают. Лестницы с арочными опорами, ведущие в никуда. Одинокая дверь. Все покрыто густым слоем опавших листьев, мхом и грязью, забытое на протяжении веков.

— Что это за место? — спрашиваю я, и мой голос эхом разносится вокруг.

— Вероятно, поселение фейри до великой войны, когда они жили среди нас, — отвечает Имоджен.

— Мы уже были здесь раньше, — с волнением говорит Ронан. — Я уверен в этом.

Он резко поворачивает своего жеребца влево, к ряду каменных платформ, ведущих на возвышенность. Тропа пролегает между двумя скалами, и кажется, что она ведет нас бесконечно вверх. Когда она выходит на плато, открывается потрясающий вид на густой лес внизу.

Это зрелище захватывает дух.

Густой лесной покров простирается на многие километры, переливаясь оттенками золотого и красного, а затем внезапно обрывается перед пастбищем, усеянным поселками и фермами.

Руины разбросаны по всему плато. Целый лабиринт низких стен, разрушенных временем. Тонкие водопады стекают по верхней части горы, возвышающейся над нами, струясь через это сооружение, а затем падая с обрыва в лес.

— Это место прекрасно, — шепчу я Ронану.

— О, Наоми, ты еще ничего не видела, — он подгоняет лошадь, проезжая прямо через руины, в укрытую нишу в скале.

Поляна внутри в три раза больше большой таверны. Земля покрыта густым мхом, а вокруг разбросаны большие блоки квадратных колонн. Здесь мог быть храм. Возможно, в этом мертвом и забытом поселении есть портал в царство фейри. С одной стороны, в каменной стене высечены ступени, а высоко над нами находится вход в пещеру, вокруг которого высечены руны.

Ронан спрыгивает с лошади и практически вытаскивает меня из седла.

— Ты должна это увидеть, тебе понравится, — он одаривает меня яркой, мальчишеской улыбкой. Ему так легко даются улыбки, они заставляют его глаза сиять.

Остальные спускаются с лошадей, суетливо привязывая их и разбивая лагерь.

— Кто-нибудь хочет пойти с нами в пещеры? — Ронан оглядывает своих людей.

Имоджен машет рукой.

— Я уже все это видела, — некоторые соглашаются с ней.

— Мы уже несколько раз натыкались на это место. Оно невероятное, — Ронан поворачивается ко мне, проводя рукой по золотистым локонам, которые местами торчат в разные стороны. Я с трудом сдерживаю желание пригладить их, чтобы почувствовать, как они скользят между пальцами.

— Что там, наверху? — спрашивает Кандра, делая шаг ближе.

Ронан открывает рот, но Хендрик перебивает его.

— Мне нужна твоя помощь, Кандра. Здесь растут дикие грибы, и мне сказали, что ты умеешь отличать ядовитые от съедобных.

Она быстро поворачивается к нему.

— Грибы? Где? — она практически визжит от радости.

Я закрыла лицо руками.

— Ты же не серьезно предложил ей собирать грибы, правда? — мои губы искривились в призрачной улыбке, когда я встретилась глазами с озорным взглядом Хендрика. — Она заставит тебя искать их часами. Мы не уйдем отсюда, пока она не засушит свою добычу. У каждого есть свои увлечения. У Кандры — это грибы.

— Правда? Никто не хочет посмотреть на светящиеся пещерные сады? — Ронан оглядывает группу, но все заняты. Финбар и Оуэн только пожимают плечами.

Я не могу не задаться вопросом, не является ли это уловкой. Способом остаться со мной наедине. На лице Ронана такое мальчишеское выражение невинности, его темные брови поднимаются от восторга, а идеальные губы растягиваются в улыбке, так что я не могу не довериться ему.

Он не такой лорд, как Бранок. Даже несправедливо сравнивать их.