— Прошу прощения?

— Ты предпочитаешь оставаться мокрой? — Ронан расстёгивает свой плащ, и он с глухим шлепком падает на дорогу.

Мой взгляд скользит за его спину — некоторые из мужчин уже начали раздеваться прямо посреди дороги. Они стягивают туники и кольчуги, развешивая мокрую одежду прямо на камнях. Я моргаю, поспешно отводя взгляд, когда на свет показываются мускулы и кожа, покрытая мелкими шрамами.

Хендрик присел на корточки, вытянув руки над одеждой, и из неё тут же начал валить густой пар.

— Ради всех богов, в этот раз хоть не сожги мою одежду, — бурчит Финбар.

— Да он специально делает это, чтобы нас позлить, — доносится голос другого.

— Ну, Оуэн, будь со мной полюбезнее, и у тебя не будет дырок на заднице, — сказал Хендрик не отрываясь от работы.

— Думаешь, ты очень смешной, да? — Бреа отжимает воду из своей светлой косы.

— Да, я именно такой, — тут же парирует Хендрик.

Я снова поворачиваюсь к Ронану, пока остальные продолжают снимать одежду. Мне пока совсем не по себе среди них. Он наблюдает за их разговором с кривой улыбкой на лице.

— А нельзя высушить одежду, пока она на мне? — спрашиваю я.

Ронан снимает через голову кольчугу:

— Обожжешься паром.

— Не волнуйся охотница, это не хитрый план, чтобы заставить тебя раздеться, — кричит мне Хендрик, приподнимая бровь. Но если ты хочешь раздеться посреди дороги, как эти большие олухи, никто тебя не остановит.

Тут я замечаю, что некоторые уже ушли в лес, а Бреа стоит, закутавшись в запасное седельное одеяло.

Кандра хватает меня за локоть и тащит в лес.

— Он слишком много болтает, но я замерзла, и, если он предлагает высушить мою одежду, я соглашусь.

Мы прячемся за огромным деревом с стволом шириной с повозку. Я прислоняюсь к нему, чтобы стянуть плотно облегающие штанины, и замечаю отпечатки рук по всему стволу. Они меньше моих. Почерневшие борозды, разъедающие кору в местах, где к ней прикасалось существо.

Я резко поворачиваюсь, чуть не спотыкаясь о брюки, которые все еще не сняты с одной ноги, и замечаю едва заметный след шагов на земле. Дождь почти смыл их, но они достаточно четкие, чтобы проследить дорогу. Мой взгляд находит еще десяток других следов вокруг. Гнилые травинки. Кончики папоротников, свисающие над тропой, превратились в коричневую кашу.

Я выбегаю из своего укрытия в безумном, торжествующем рывке, а Кандра следует прямо за мной. Я грубо обернула одеяло вокруг талии, в спешке не прикрыв половину ног, но мне все равно. Нам нужно охотиться на фейри. От предвкушения у меня переворачивается все в животе.

Все резко поворачиваются к нам.

— Мы нашли свежие следы гоблинов, — говорю я с восторгом. — Их должно быть всего несколько.

Только когда взгляд Ронана скользит от моей обнаженной груди и рук вниз по ногам, а затем снова поднимается к моим глазам, я осознаю, какую часть своего тела я не прикрыла. Он моргает, затем снова, пристально глядя на мое лицо, как будто отчаянно пытается не смотреть. Меня охватывает сильное, сводящее с ума желание впасть в истерику, но я сдерживаюсь. Если бы это был любой другой мужчина, я бы могла отшутиться, но отношения между нами и так уже слишком накалены.

— Ладно, ладно... давайте пойдем по этим следам, — говорит Ронан, явно растерявшись. — Как только все снова оденутся. Финбар, Оуэн, пойдемте со мной, чтобы быстро осмотреть следы, прежде чем мы пойдем по ним. Легкий румянец покрывает его щеки, когда он отрывает от меня взгляд, а затем бросается в лес, а двое других мужчин следуют за ним.

— Он даже не спросил нас, где следы, — шепчет мне Кандра, в ее глазах играет веселье. Она сделала себе что-то вроде друидского плаща из своего огромного одеяла, прикрыв каждый сантиметр кожи и накинув капюшон на волосы.

Я кусаю губу, бросаю одежду рядом с Хендриком, чтобы освободить руки, а затем быстро разворачиваю сложенное одеяло, чтобы накрыть ноги.

Хендрик поворачивается ко мне и открывает рот, чтобы сказать какую-то лукавую шутку, но Имоджен дает ему пинок.

— Больше ни слова, или я завяжу тебе рот.

Мужчина пожимает плечами, а затем подмигивает мне, когда она не смотрит.

— Ты просто не можешь себя сдерживать, да? — я стою рядом с ним, раскладывая свою одежду.

— Ты даже не представляешь, в какие неприятности меня иногда втягивает мой рот. — Его глаза блестят, когда он смотрит на меня, а затем отводит взгляд. — Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя некомфортно. Иногда, когда в моей голове появляется какая-то шутка, она просто вылетает из моего рта, но я хочу, чтобы ты и Кандра чувствовали себя здесь желанными гостями, частью семьи, — он кивает в сторону Кандры, которая болтает с другими. — Она уже начала бросать в меня едой, вместе с Бреа и Алани. Это их любимое развлечение.

Он передает мне мою дымящуюся тунику, и я прижимаю ее к груди, наслаждаясь теплом, исходящим от нее.

Я смотрю на него исподлобья.

— Я знаю, чем чреват плохой контроль над собой, — я злобно улыбаюсь. — Иногда люди настолько меня бесят, что я просто не могу удержаться от того, чтобы их задушить.

Он смеется.

— Принято к сведению. Постараюсь оставаться в хороших отношениях с тобой.

Я плюхаюсь на дорогу рядом с ним и наблюдаю, как он работает.

— Есть много ужасных людей, которые пользуются чужой уязвимостью, используют шутки, чтобы унизить других, но я думаю, что в глубине души ты хороший человек. Под бездушным юмором и плохими шутками.