Шрифт:
Какого хрена?
Как это вообще возможно?
– Э–э, секундочку.
Натянув джинсы и поправив майку, я безуспешно ищу зеркало, а стук в дверь возобновляется. Морщась от нарастающей пульсации в голове, я сдаюсь и открываю дверь.
На пороге стоит Истон, вид у него крайне соблазнительный: волосы темнее, вероятно, после недавнего душа, в руках он держит два кофе. Его губы расплываются в улыбке, и он протягивает один стаканчик мне.
– Спасибо, и ничего даже не говори. Уверена, я выгляжу как только что утопленная крыса.
– Вообще–то, я хотел спросить, не планируешь ли ты сегодня пропустить свой завтрак, мисс Маффет (примечание: отсылка к известному английскому детскому стишку «Little Miss Muffet»).
– Что? – морщусь я, не понимая его слов, пока он окидывает взглядом мою комнату, и его взгляд задерживается на брошенных на полу трусиках, а затем приковывается ко мне.
– И поесть творога со сливками. – Он слегка поднимает подбородок, и тут–то я понимаю, что, возможно, раздевалась я не лучшим образом, но надеть шелковый чепчик я все же умудрилась.
Хренов Грей Гус.
– Ха–ха, – бурчу я, прежде чем юркнуть в ванную и обнаружить, что я еще и умудрилась снять ровно половину макияжа салфеткой. Отчаянно пытаясь привести себя в порядок, я чищу зубы и начинаю счищать остатки косметики со второй половины лица, бегло прокручивая в голове вчерашние события и горько сожалея о лишней водке.
– Прости, что я вчера немного перебрала, – выкрикиваю я в приоткрытую дверь. – Я давно не расслаблялась.
– Да ты была просто зверь. Все еще в постели без пятнадцати два, – говорит он неразличимым тоном.
Я смотрю на время на телефоне, лежащем на стойке.
– Все уже меня ждут?
– Нет. Выезжаем через тридцать минут. Я был уверен, что ты проспишь.
Именно в этот момент срабатывает мой будильник. Я выношу руку с телефоном из–за двери ванной, чтобы он это увидел, вместе с средним пальцем, и в ответ слышу его усмешку.
– Так, а этот эммм.. головной убор к чему? – спрашивает он из–за двери.
– Если тебе так уж надо знать…
– Надо.
– Он помогает моим кудрям сохранять форму.
– А я думал, ты их ненавидишь, – подкалывает он.
– Недавно я их заново приняла.
С чистым лицом и чувствуя себя немного увереннее в своей внешности, я открываю дверь и вижу его сидящим на краю моей слегка помятой кровати. Острая шутка замирает у меня на языке, когда я полностью его осматриваю. На его шее висит черный титановый крест, выглядывая из–под воротника темно–синей футболки, которая сидит на нем безупречно, подчеркивая статную фигуру. Светлые джинсы облегают его мускулистые бедра, сужаясь к поношенным темным кожаным ботинкам.
И, как будто этого было мало, на его запястьях – массивные кожаные браслеты в дюйм толщиной с крупными серебряными заклепками, а еще титановое кольцо на большом пальце и кольцо с глазом тигра на мизинце, которые были на нем в день нашей встречи. Весь его вид кричал о том, что он настоящая рок–звезда. Я чувствую его взгляд на себе, пока беру с кровати планшет и начинаю листать.
– Ну, хочешь сначала хорошие новости или плохие?
– Никаких новостей, – отрезает он, делая глоток кофе.
– Твои проблемы, а новости вроде как все хорошие. – Я прокашливаюсь. – И цитирую: «Вчера в «Сивик–центре» REVERB привели фанатов в восторг за 83–минутный сет, утвердившись в качестве шоу, которое обязательно нужно посетить этим летом, и закрепив за собой место среди лучших исполнителей года. Я здесь для того, чтобы сказать вам: верьте ажиотажу, потому что одно только присутствие Крауна на сцене и его подача стоят цены билета. – Согласна, – заявляю я, продолжая поиски и взглянув на него поверх планшета. Он совершенно невозмутим.
– А, вот еще. «REVERB, и в частности Истон Краун, в одиночку делают искусственное дыхание жанру, который, казалось, был давно забыт, возрождая рок–н–ролл по одному шоу за раз.
– Пожалуйста, хватит, – говорит он, прежде чем я снова опускаю планшет.
– Почему?
– Потому что примерно через час моя мать позвонит и попытается зачитать мне те же рецензии.
– Правда? – я ухмыляюсь. – Стелла так делает? Обожаю!
– Да, и я терпеть не могу, когда она это делает, так что не принимай на свой счет.