Сергей не дал ей уйти. Разбег — три шага — и прыжок. Сверху, на спину твари, меч — двумя руками, остриём вниз. Клинок пробил хитин на загривке и вошёл на всю длину, по рукоять. Тварь дёрнулась, рухнула — и Сергей, не вытаскивая меча, вогнал в рану огонь. Не так много, как я — резерв 2М слабее, — но достаточно. Внутренности жнеца вспыхнули, хитин лопнул, и тварь затихла.

Сергей соскочил, выдернул меч. Обтёр клинок о траву. Посмотрел на меня.

— Два, — сказал он. Даже не запыхался.

И в этот момент из леса справа вышел третий.

Не «вышел» — проломился. Деревья — те самые, перекрученные, больные, с чёрной корой — разлетелись в стороны, как спички, когда нечто протиснулось между ними. Треск, грохот, тяжёлый удар о землю — и оно оказалось перед нами.

Это был не жнец.

Это было — массой — в десять раз больше жнеца. Высотой — метров пять, в холке. Форма… У этого существа не было формы в привычном понимании. Основа — бесформенная туша из серо-чёрной плоти, покрытая не хитином, а чем-то вроде каменной коры, потрескавшейся и сочащейся тёмной жидкостью. Из туши росли конечности — много, не шесть, как у жнецов, а десятки: щупальца, лапы, отростки, толстые и тонкие, длинные и короткие. Некоторые — с когтями, некоторые — с присосками, некоторые — оканчивались чем-то, похожим на пасти.

Голова — или то, что выполняло её функцию — представляла собой раздутый нарост в верхней части туши, покрытый десятками багровых пульсирующих наростов. Те же, что у жнецов — органы восприятия. Но здесь их было в десять раз больше, и пульсировали они быстрее, ярче, злее.

Гримуар выдал описание — и я впервые за долгое время почувствовал, как по спине прошёл холодок.

«Порождение класса „Пожиратель“. Зона Скверны 2.5+. Аморфное тело, множественные конечности, каменная кора — эквивалент щита высокого Адепта. Регенерация — экстремальная. Скверна-аура: подавляет магию в радиусе 20–30 метров. Огонь — эффективен, но требуется объём. Угроза: Мастер.»

Угроза: Мастер. Не Адепт — Мастер. Эта тварь была ответом на вопрос, почему зоны Скверны выше 2.0 считались непроходимыми для большинства магов.

— Серёга, — сказал я.

— Вижу, — ответил он. Голос — ровный, но я слышал в нём ту ноту, которую слышал только дважды прежде: перед боем с Вороном и перед засадой у Каменки. Не страх — сосредоточенность на грани.

— «Пожиратель». Уровень угрозы — Мастер. Каменная кора, регенерация, подавление магии вблизи. — Я перехватил меч удобнее. — Огнём, издали, не подпускать.

— А если подпустит — подавление. — Сергей кивнул. — Значит, не подпускаем.

Пожиратель стоял в двадцати метрах — неподвижный, пульсирующий, как огромное сердце из камня и гнилой плоти. Десятки конечностей шевелились — медленно, лениво, пробуя воздух, землю, пространство вокруг. Он не спешил. Он был на своей территории, и мы были добычей, которая никуда не денется.

Я ударил первым. Огненная стена — нет, огненная волна, широкая, от края до края поляны, метра три высотой. Вложил в неё втрое больше, чем в ту, которой встретил жнеца, — и мана Мастера ответила послушно, мощно, без задержки. Волна пламени ударила в Пожирателя — и накрыла, окутала, охватила.

Рёв. Низкий, утробный, от которого задрожала земля и с деревьев посыпалась мёртвая кора. Тварь — горела. Каменная кора трескалась, лопалась, обнажая плоть — серую, мокрую, парящую от жара. Щупальца извивались, молотили по земле, по деревьям.

Но — не отступала. Не падала. Не умирала.

Пожиратель двинулся вперёд. Сквозь огонь — медленно, тяжело, оставляя за собой дорожку из раскалённых кусков коры и горящей плоти. Регенерация работала: я видел, как новая кора нарастает на месте сгоревшей — тоньше, свежее, но нарастает. Огонь наносил ущерб — но не достаточный, чтобы опережать восстановление.

— Не хватает, — сказал Сергей.

— Знаю.

Я вложил ещё. Огненное копьё — в центр туши, туда, где, по логике, должно было быть что-то жизненно важное. Копьё пробило кору, вошло в плоть — и увязло. Плоть сомкнулась вокруг него, как болото вокруг брошенного камня. Поглотила. Огонь внутри — погас. Тварь затушила его собственной массой, собственной Скверной.

Пожиратель ускорился. Пятнадцать метров — десять — семь.

Я почувствовал: подавление. Аура Скверны, исходящая от твари, сгустилась, надавила — и мои каналы маны сузились. Не критично — Мастер сопротивляется подавлению лучше, чем Адепт, — но ощутимо. Заклинания потеряли процентов двадцать мощности. Контроль — не пострадал, но ресурс расходовался быстрее.

Рядом — Сергей ощутил то же самое: выругался сквозь зубы, коротко, зло.

Щупальце — толстое, в обхват дерева — метнулось к нам. Я увернулся — вправо, перекатом. Сергей — влево. Щупальце ударило по земле с силой, от которой земля содрогнулась и в стороны полетели комья грязи и обломки корней.

Второе щупальце — сверху, как хлыст. Я поставил телекинетический щит — щупальце ударило в него и проломило наполовину. Мощь удара — чудовищная. Если бы попал по живому телу — переломил бы пополам даже Витязя.