Но тем забавнее было наблюдать, как тот же Адриан, который с ледяным презрением отверг ставленницу Рикардо, вдруг потерял голову от одного взгляда кларонской незнакомки.

Молодость… Мальчишка по-прежнему думал не тем местом, когда дело касалось женщин. Просто теперь он думал не тем местом самостоятельно, без подсказок маршала.

Рикардо сделал еще один глоток бренди и посмотрел на огонь в камине. Баронесса… Что ж, если Адриан на нее клюнул, это даже к лучшему. Кларонка не связана ни с одной аталийской фракцией. Ее присутствие при дворе не усилит ни одного из конкурентов Рикардо. А если удастся ее правильно расположить к себе…

Впрочем, сначала личное знакомство. Дела подождут до утра.

Тихий стук в дверь прервал его размышления.

— Ваша светлость, — послышался негромкий голос Тони из-за двери, — баронесса ожидает.

Рикардо расправил плечи, поправил манжеты и улыбнулся самому себе в зеркале той самой улыбкой, которая в свое время покорила не одну дюжину благородных дам от Аталии до Вестонии.

— Проси.

Дверь бесшумно отворилась, и в кабинет вошла баронесса де Варден. Ее появление принесло с собой легкий шлейф незнакомых духов. Что-то пряное, теплое и в то же время тревожное, словно запах ночных цветов, раскрывающихся только в темноте.

Рикардо машинально коснулся перстня на левой руке — старый амулет, верно служивший ему уже не первый десяток лет, молчал. Духи были обычными. Никакой магии. И от этого почему-то становилось еще тревожнее и волнительнее — эта женщина не нуждалась в магии, чтобы вскружить голову.

Вблизи баронесса оказалась еще красивее, чем издали. Темное платье с высоким воротом и тонкой серебряной вышивкой по лифу. Рубиновое колье, подарок Рикардо, мягко поблескивало в свете свечей, оттеняя бледную кожу. Темные волосы уложены строго, но та самая прядь у виска снова на месте, маленькая, продуманная небрежность.

И глаза. Теперь Рикардо разглядел их цвет. Темно-серые, с холодным стальным отливом. Красивые и проницательные. Это не был взгляд женщины, которая пришла на романтическое свидание с мужчиной. Слишком деловым и строгим он был.

Впрочем, Рикардо не позволил себе задержаться на этой мысли. Он широко улыбнулся и шагнул навстречу.

— Баронесса. Я рад, что вы приняли мое приглашение.

— Ваша светлость, — она слегка склонила голову. Голос оказался ниже, чем он ожидал. Мягкий, с легким кларонским акцентом. — Невозможно отказать мужчине с таким безупречным вкусом. Тем более, что кроваво-алый — мой самый любимый цвет.

Она коснулась колье кончиками пальцев и улыбнулась. В этой улыбке не было ни застенчивости, ни жеманства, скорее, легкая насмешка. Словно она давала понять, что прекрасно понимает правила этой игры. А еще в облике баронессы на миг промелькнуло что-то хищное, но Рикардо моргнул, и видение исчезло.

Ответ баронессы герцог оценил. Не глупа. Тем интересней.

— Прошу вас, — он указал на стол. — Позвольте предложить вам вина. «Кровь солнца» — мой собственный сорт с виноградников Коста дель Соль. Лучшее, что делают на южном побережье Аталии. Впрочем, я пристрастен.

— «Кровь солнца», — повторила она, и по ее губам скользнула чуть лукавая улыбка. — Великолепный выбор, ваша светлость.

Рикардо наполнил два бокала и один протянул гостье. Их пальцы на мгновение соприкоснулись. Случайно ли, герцог не стал разбираться. Он сел напротив, сделал глоток и позволил себе несколько секунд просто смотреть на нее.

— Как вам Контерн, баронесса? Не слишком скучно после Кларона?

— О, напротив, — она пригубила вино и чуть прищурилась. — У вас здесь удивительно оживленно. Молодой король устроил три охоты за неделю. Его высочество, принц Альгис, кажется, в восторге.

— Молодая кровь, — задумчиво усмехнулся Рикардо. — Горячая… Нетерпеливая… А еще — самоуверенная.

— Молодость — это прекрасно, ваша светлость, — мягко возразила она. — Все мы были когда-то молодыми. Но молодые сорта, увы, по своему вкусу и сути на самом деле похожи друг на друга. Именно поэтому я всегда предпочитала кровь выдержанную, что с годами накопила в себе свой собственный неповторимый вкус и силу.

Рикардо рассмеялся. Остроумна. Определенно остроумна. И ее лесть не груба и изысканна.

Они поговорили еще немного. О ненавидимой всеми аталийцами бергонской зиме, о кларонских винах, о соколиной охоте. Баронесса оказалась прекрасной собеседницей, умело поддерживала разговор, вовремя смеялась, задавала нужные вопросы. Рикардо поймал себя на том, что расслабился. Вечер шел именно так, как он рассчитывал.

А потом баронесса поставила бокал на стол.

Движение было мягким, неспешным, но что-то в баронессе изменилось. Это было похоже на легкий щелчок невидимого механизма. Рикардо это почувствовал раньше, чем осознал.