— А когда в этой истории нарисовался Грег? — я перевёл взгляд на служанок.

Белинда шагнула вперёд, её глаза с вертикальными зрачками сузились.

— Примерно два года назад, — прорычала она. Мощный чешуйчатый хвост яростно хлестнул по полу, выдавая её гнев. — Мэриголд тогда влетела в дом, бледная, как смерть. Бормотала что-то про плановую проверку, аудит и необходимость снова исчезнуть. Она умоляла госпожу скрыть её присутствие и с того дня носа за порог не казала. А потом появился этот… Грег, — лицо исказилось от брезгливости, словно она говорила о навозной куче. — Начал вынюхивать, рыться в бумагах. Казалось, он толком ничего не знал о Мэриголд, но она его чем-то зацепила, и он не оставлял попыток найти её. С самого начала всем нам стало ясно, что тип он мерзкий, и намерения у него далеко не джентльменские.

— Мне пришлось подать официальную жалобу в администрацию Харалдара, — подхватила Марона. В её голосе зазвучали стальные нотки аристократки, защищающей своих людей. — Они прислали другого инспектора для беседы, мне пришлось ответить на пару неудобных вопросов о моей горничной, но после этого Грега я не видела, и всё вроде бы вернулось в норму.

— По крайней мере, мы так думали, — фыркнула Белинда. — Поверить не могу, что он выследил её даже там, в Кордери. Вот же упёртый ублюдок!

Я мысленно выругался. Если после официальной жалобы Мароны у Грега и возникли проблемы, то он явно обладал достаточным влиянием или изворотливостью, чтобы отряхнуться и продолжить охоту. И теперь он вернулся. Замечательно, просто великолепно! Ещё одна акула в наших водах!

В соседней комнате послышался детский плач, и сердце кольнуло. Дарин, мой сын!

Я бы всё отдал, чтобы остаться здесь хоть на пару часов, обнять Марону, вдохнуть запах её духов, поиграть с сыном, а потом, возможно, уединиться с моими прекрасными женщинами, Мароной и Белиндой, но время, будь оно неладно, работало против меня.

— Будьте начеку, — я поднялся, сжимая рукоять меча. — Если Грег сунется сюда, не геройствуйте, запирайте ворота и шлите вестника мне.

Они поняли всё без лишних слов. Я коротко попрощался, стараясь не смотреть на дверь детской, чтобы не дрогнуть в своей решимости, и вышел в прохладу вечера.

Меньше чем через час я уже охотился в Диких Землях, занимаясь привычным делом — геноцидом местной фауны.

Вспышка, удар, уклонение, выстрел…

Адреналин заменял мне отдых, а звон тетивы стал ритмом моего дыхания. Я убивал монстров с холодной механической эффективностью, выжимая опыт крупицу за крупицей.

В голове крутилась простая арифметика: чтобы взять пятьдесят пятый уровень, при текущем темпе мне понадобятся десять месяцев упорного гринда. Десять, мать его, месяцев! Может быть, девять, если превращусь в бездушную машину, исключив из жизни всё, кроме сна и еды.

Но я не мог и… не хотел.

Я снёс голову очередному ящеру, не сбавляя хода.

Нельзя позволить себе забить на развитие Кордери, это мой дом, моя база, и я ни за что на свете не стану пренебрегать семьёй. Даже сейчас мысль о том, что приходится видеть своих жён и детей урывками, пару часов вечером, дай бог, час утром, разрывала меня изнутри похлеще когтей любого монстра.

Именно поэтому и ввёл правило «свиданий». Пусть я не мог себе позволить проводить целые вечера с родными мне людьми, времени катастрофически не хватало, но час выделял обязательно. Один час внимания моих любимых женщин, наполненный тихими разговорами, прикосновениями, близостью, тем, что напоминало ради чего я вообще ввязался в этот бой с жестокими законами Валинора. Без этого просто сойду с ума.

Ну а пока…

Натянул тетиву, выцеливая следующую жертву. Пока только я, лес и цель.

Спустя пару дней после незабываемой встречи с Грегомм наконец подошла очередь Самиры. Я прекрасно видел её жадные взгляды и слышал тихие вздохи, когда уделял время другим жёнам, поэтому, когда она попыталась включить «понимающую жену» и принялась лепетать что-то про то, что «мы можем отложить это, пока дела не улягутся», пресёк эти попытки на корню.

— Нет, — твёрдо сказал я. — Для тебя всегда есть время.

Честно говоря, я предложил очаровательной хобгоблинше отвезти её куда угодно — в город, на романтическую прогулку в сад или устроить пикник на природе где-нибудь в живописном месте, но Самира, верная своей натуре, не захотела ничего вычурного.

— Я просто хочу побыть с тобой, — сказала она, положив свою мягкую ладонь мне на плечо. Её бледно-зелёные щёки тронул румянец, а большие жёлтые глаза заблестели влажным блеском. — Давно мы не готовили вместе, Артём. Помнишь? Одни из самых счастливых моментов мы пережили именно на кухне.

Она сделала паузу, игриво прикусив губу.

— И я имею в виду не только.

Я тут же «арендовал» кухню поместья на весь вечер, а Самира предупредила Альбину и остальной персонал, чтобы нас не беспокоили. Шеф-повар, понимающе кивнув, подготовил роскошный ужин для остальной семьи, и я убрал всё это в свой Легендарный Сундук, всё-таки использование эпического артефакта в качестве холодильника — верх прагматизма.

Самира подготовилась к свиданию со всей ответственностью. Она уложила свои каштановые волосы в изысканную высокую причёску, открывающую длинную шею, а макияж выглядел настолько безупречно, насколько это вообще возможно, когда приходится стоять у раскалённой плиты.