— Что это было? — спросила Мидори.

— Почти успешная попытка… Неважно чего — уклонился от прямого ответа Влад.

— Но она повторится? — нахмурилась Мери.

— Нет — мотнул головой молодой монарх — по крайней мере в ближайшие пару десятков лет.

— Тебе надо отдохнуть — заботливо сказала Фейри.

— Согласен, этот упырь сил из меня вытянул много — вздохнул Влад, задумчиво посмотрев на рогатую. Затем многозначительно глянул на Мери, которая поняла супруга.

— Мы пойдем, а ты отдыхай — быстро сказала Мери, выталкивая опешивших Мирру и Мидори.

— Фейри, останься — попросил Влад.

— Что-то болит? Может, принести попить или еще что-то? — тут же засуетилась Фейри.

— Нет все хорошо — мягко успокоил ее Влад. — просто хотел кое-что спросить наедине.

— Конечно, дорогой — озадаченно ответила Фейри.

— Как бы ты хотела назвать сына? — неожиданно спросил Влад.

— Я… — залилась краской рогатая, смущенно отведя взгляд — мне нравится имя Алекс.

— Мне тоже — улыбнулся Влад — я так прикинул, надо его застолбить его для нашего сына прямо сейчас…

Я терпеть не могу пафос, вот прямо до скрежета зубовного. Нет, я понимаю, ритуалы, символизм, вся эта мишура для поддержания нужного градуса в народных массах штука необходимая. Как превентивная дезинфекция сортира. Неприятно, воняет, но если не делать, потом можно утонуть в дерьме. Но всему, вашу душу, есть предел! Есть черта, за которой здоровый и показательный процесс превращается в балаган, а демонстрация силы в клоунаду. И сегодня эту черту, кажется, решили не просто перейти, а перепрыгнуть с разбега, да еще и с сальто при двойном тулупе…

Возвращение в Аниморию после успешного, как это принято говорить, «принуждения к миру» Лирианской империи, должно было стать знаковым событием. На этом настаивали все, кому не лень: от генералитета, жаждущего блеснуть новыми планками наград, до моих ушлых жен, которые, кажется, в мое отсутствие окончили ускоренные курсы по пиару и политтехнологиям. Я особо не возражал. Парад так парад, солдатам почет и уважение, врагам недвусмысленный намек, обывателям повод для гордости и лишний выходной. Все в плюсе, все счастливы. Я даже был готов потерпеть все эти неизбежные речи, рукопожатия и улыбки в тридцать два зуба и шестьдесят шесть подбородков. Но когда мне показали, в ЧЕМ я должен буду передвигаться по столице… В общем, мое терпение лопнуло, как перезревший арбуз, упавший с десятого этажа.

В центре самого большого ангара нашего летающего флагмана, сверкая свежим лаком и начищенной до ослепительного блеска позолотой, стояло ЭТО. Не карета, не автомобиль, а какой-то гибрид аквариума для тропических рыбок с сейфом-переростком. Жуткое и громоздкое сооружение на шести колесах, с корпусом из белого металла, покрытого витиеватой резьбой, и огромным, абсолютно прозрачным колпаком сверху. Под этим колпаком, на возвышении, обитое красным бархатом, гордо красовалось одно-единственное кресло, больше похожее на унитаз в тронной мишуре.

— Что это за выкидыш пьяного инженера? — мой голос прозвучал на удивление спокойно. Хотя внутри все кричало от возмущения и желания взять в руки что-нибудь тяжелое и проверить эту хваленую пуленепробиваемость на прочность.

— Это «Триумф», Влад, — с придыханием, словно представляя мне восьмое чудо света, произнесла София. Она стояла рядом, сияя, как начищенный медный самовар, и держала в руках планшет с презентацией. — Новейшая разработка нашего Белегара. Полностью герметичный корпус, броня пятого класса, силовой барьер, система фильтрации воздуха… А прозрачный купол выполнен из чего-то очень секретного, выдерживает прямое попадание из тяжелого магострела или ударного плетения от архимага. Идеальное средство передвижения для Императора во время торжественных мероприятий! Народ должен видеть своего героя!

— Народ, София, должен видеть Императора, а не золотую рыбку в аквариуме, — пытаясь сохранять самообладание, ответил главному казначею. — Я в эту консервную банку не сяду. Это не средство передвижения, это, млять, идеальная мишень! Она со всех сторон орет: «Стреляйте сюда! Здесь ровно сидит ходячая мишень!».

— Но, Влад, это безопасно! — не унималась рыжая бестия. — Весь периметр будет контролироваться, на крышах снайперы, в толпе наши агенты…

— … ага, а еще боевые спутники на орбите и эскадрон драконов в небе, — язвительно перебил ей. — Радость моя, ты в экономике гений, в этом спору нет. Но в вопросах безопасности ты разбираешься, как свинья в балете. Эта хреновина — гроб на колесиках. Медленный, неповоротливый и привлекающий внимание. Любой курсант первого года обучения скажет тебе, что лучшая защита, это не броня, а скорость и незаметность. А не вот это… — неопределенно махнул рукой в сторону «Триумфа», — вот это посмешище.

Мою тираду поддержал сухой кашель. Рядом со мной материализовались Крест и Ферзь. Оба в полевой форме, оба с одинаково непроницаемыми лицами ветеранов, насмотревшихся в своей жизни всякого. Они молча обошли «аквариум» по кругу, профессионально потыкали пальцами в стыки бронеплит, заглянули под днище.

— Слепые зоны по всему периметру, — констатировал Крест, даже не повышая голоса. — Особенно сзади и снизу. Под днище можно заложить фугас размером с кабана. Колеса не защищены. Одно удачное попадание из чего-то крупнокалиберного, и эта «карета» превращается в неподвижную тыкву. Честно от Белегара не ожидал, он вроде в теме, уже давно князь, все дела.