— Наследники «Четырех Домов», ваш следующий семестр начинается с завтрашнего утра. Запрет на убийство наследников, объединенных в квинтеты, официально снят.

Шепот наполняет комнату, в воздухе витает новое напряжение. Краем глаза я вижу, как многие из подобранных квинтетов усмехаются. Многие из них двигаются, чтобы лучше окружить своих хранителей.

Сайлас и Бэйлфайр тоже становятся по обе стороны от меня. Бэйлфайр обводит взглядом толпу с хмурым выражением на обычно жизнерадостном лице. Сайлас кидает один подозрительный взгляд после очередного психотического срыва. Он вытаскивает свой кровоточащий кристалл, беспокойно крутя его между длинными пальцами.

ДельМар продолжает, словно не замечая возросшего напряжения. — Все подобранные квинтеты, полные или нет, должны сообщить о выбранном ими направлении профессору Гиббонсу до завершения этого бала. Занятия начнутся завтра утром. Все студенты должны прибыть на свои курсы незамедлительно и соблюдать комендантский час. С любым, кого поймают за прогуливанием занятий или блужданием по коридорам вне установленного времени, я разберусь лично.

Из-за этого над балом снова воцаряется тишина, поскольку другие ученики, кажется, понимают, что происходит. Обычно у квинтетов есть недели, чтобы выбрать класс, и Эвербаунд снисходительно относится к наследникам — но не сейчас. Сейчас за нами пристально наблюдает сам «Бессмертный Квинтет».

Наблюдает. Изучает. Проверяет.

Если я хочу сохранить элемент неожиданности, мне нужно продолжать притворяться бездарной дурочкой. Они не должны знать, что я Телум, о которой шепчутся в недрах мира наследия.

— Несколько пророков и целителей из близлежащего храма Гален прибыли в Эвербаунд, чтобы помочь в лазарете, который, без сомнения, быстро заполнится по мере роста рейтинга квинтета, — продолжает оборотень-гидра, переводя бледно-желтый взгляд со студента на студента. — Мы с нетерпением ждем возможности понаблюдать за вами так же, как мы наблюдали, как ваши предки доказали, что являются достойными наследниками. Будьте свирепы и помните, что слабые наследники будут только помехой для нашего рода. Отсеивайте слабых и принесите честь «Четырем Домам», будь то при жизни или после смерти.

«Бессмертный Квинтет» спускается, чтобы присоединиться ко всем остальным на танцполе. Сомнус и Икер встают по обе стороны от Натальи, когда она направляется к бару, толпа наследников легко расступается, пропуская ее сверкающую фигуру.

Я отслеживаю их передвижения. Если они и оплакивают потерю своего мага, то все трое превосходно это скрывают. Они выглядят так, как будто им принадлежит весь мир и все в нем — идеальная картина идеального квинтета.

Интересно, кого из них я решу убить первым.

6

Мэйвен

Я отвожу взгляд от бессмертных монстров и обнаруживаю, что Сайлас и Бэйлфайр вернулись к тому, чтобы пожирать меня глазами. И снова мне неприятно осознавать, насколько мне нравится, что им явно нравится то, что они видят.

У меня никогда не было особых причин беспокоиться о том, как я выгляжу. Выживание всегда было на первом месте. Я даже не видела своего отражения, пока мне не исполнилось десять лет и я мельком не увидела, как я выгляжу в темном лесном пруду… прямо перед тем, как кто-то попытался меня в нем утопить.

Все это говорит о том, что приятно чувствовать себя красивой.

Но я все еще полна решимости покончить с этими великолепными придурками, поэтому отступаю назад, чтобы не стоять между ними, но прохладные руки нежно обхватывают мои обнаженные плечи сзади.

— Смотри, куда идешь, Оукли, — говорит Эверетт, его тихий голос почти сливается с музыкой, которая возобновилась.

Я отхожу от беловолосого профессора, хотя прямо сейчас он одет совсем не как профессор. На нем строгий, идеально сшитый темно-синий костюм, который заставил бы любого модного фотографа заплакать от радости.

Какая жалость, что кто-то такой красивый — мудак.

Когда мы разговаривали в последний раз, он намеренно причинил мне боль. Теперь я понимаю это. Он был намеренно враждебен, отталкивал меня и пытался заставить меня возненавидеть его и других.

И это сработало. Больно осознавать, что они превратили секс со мной в игру.

Я готова встретить его холодный, отчужденный взгляд, но когда наши взгляды встречаются, я хмурюсь. Трудно разглядеть при таком освещении, но… он краснеет, когда его взгляд скользит по мне?

— Проваливай, Снежинка, — рычит Бэйлфайр, снова подходя ко мне и сердито глядя на элементаля. — Я собираюсь потанцевать со своей парой, и мне не нужно, чтобы ты еще и это испортил.

Любой, кто ожидает, что я буду танцевать, чертовски бредит. Я ни дня в жизни не танцевала. Я бы даже не знала, с чего начать.

Эверетт поправляет запонки. Три раза. — Поверь мне, я не планирую здесь задерживаться. Но нам всем пятерым нужно выбрать направления, чтобы я мог доложить Гиббонсу. — Он делает паузу. — Где Крипт?