Мертвый.

Она словно лишилась возможности дышать.

Нет, нет, нет... Он должен быть живым. Она следила за ним, подключила к миссии Ника, чтобы вместе со сбежавшими найти и ее утерянную любовь.

– Мать-природа, Уолли...

В глазах помутнело. Горячие слезы потекли по щекам. Он лежал в своей комнате, на полу, а в руке... колба с какой-то непонятной жидкостью. Неподвижный. Мертвый.

Она побежала к нему, опустилась на колени. Нет, нет, нет....

– Прошу тебя, открой глаза, Уолли. Открой свои глаза.

Он должен был рассказать ей. Должен был вновь посмотреть на нее так, будто бы больше не видел никого на свете. Должен был сказать, что все еще любит ее.

«Я ведь люблю тебя, мисс».

Она трогает его руки, переплетает его холодные пальцы со своими. Конский каштан и древовидная гортензия. Ее всхлипы превращаются в крики боли.

– Ты не должен был умирать! Не должен был умирать!

Потом она встает, и начинает крушить перед собой все, что видит.

– Лучше бы я тогда до отвала наелась чертовой белладонной.

– Не говори так. Все обойдется. Помнишь, как мы сбегали от копов после грабежа в «Ginger»?

– Ага, ты тогда еще пролил на меня духи в том магазине. Они могли найти нас по цветочному запаху, если бы захотели.

– Но не нашли же. Нас не догнали. Потому что это в нашей хреновой крови – убегать и оставаться безнаказанными.

– С каких пор ты так оптимистичен, Энзо?

– А кто, если не я?

Кая усмехается, но быстро прячет улыбку, словно Энзо мог ее видеть. Они общаются по телефону уже минут десять. Девушка не могла просто так сидеть в пробке и представлять наихудшие сценарии происходящего, ей было необходимо занять чем-то мозг, затуманить сознание. Особенно после того, что произошло... Конечно, она позвонила ему для того чтобы убедиться, что с ним все в порядке. Эгоистично, да, но второй причиной был факт того, что он – ее отвлечение. Всегда им был. Поэтому ей было просто необходимо услышать его голос и слова о том, какая же она дурочка, что могла поверить в то, что Энзо Прица наконец уничтожили.

Она пробовала вытравить эти чувства из сердца, убить чертовых бабочек в животе, напоминающих о трепетном ощущении, возникающих каждый раз, когда она слышала его хрипловатый голос с саркастичной окраской, но как бы она не старалась, только Энзо удавалось сохранять в ней искру надежды на то, что все в итоге образуется. Является ли любовью ощущение безопасности рядом с человеком? И если да, поможет ли она Кае пережить сегодняшний день?

Небо было подстать ее натроению: серым, с переодическими проблесками молнии. Алиену затапливал ливень, по мутным окнам такси стекали струйки воды, капли были достаточно крупными. То был ни какой-то моросящий дождик. В людей на автобусной остановке брызгали грязные капли из луж, стоит только какой-то легковушке пролететь быстрее, чем следует. Кая не видела в этом никакого смысла – все равно эти гонщики так или иначе, точно также, как и ее таксист, будут мучаться ожиданием в пробке. Девушка подумала о том, как же эта ситуация все-таки комична: она сидит и греется в машине, двигающейся со скоростью улитки, в то время, как в «У Уолсена» происходит невесть что.

– Не молчи, – сказал Энзо на том проводе. Кая услышала какое-то недовольное бормотание. Женский голос. Вечно жалующаяся Амелия.

Раньше вместе с ним всегда была Кая, но теперь, эта девушка заняла ее место. Кая не злилась. Скорее негодовала. Как подобные изменения вообще могли произойти так неожиданно?

– Как Амелия себя чувствует? – понизив голос, спросила она, стараясь звучать безразлично.

– Лучше, – отозвался Энзо и продолжил, словно Амелии не было рядом, – Странно, я думал она не придет себя еще дня два точно. Но девчонка оклемалась за несколько часов. Как и я.

Его голос звучал так ровно, а на душе Каи скребли кошки. Он тоже в пробке, тоже в неведении. Связаться с Дэном не удалось, сколько бы они не пытались, после короткого звонка с сообщением об общем сборе «У Уолсена», старший Запанс стал «недоуступен», точно также, как и Виль.

Единственный, кто знал о прибытии в дом Донны Шоны, был Энзо. Ну и Амелия, соответственно.

А что, если Ник и Шона знают о тайном месте? Что, если Дэн в буквальном смысле ведет их на верную смерть в волчьи лапы? Ведь если они с легкостью нашли Каю и вышли на Энзо с Амелией, это о чем-то то говорит. Может, старший Запанс их предал? А может, он уже мертв? Убит в «У Уолсена»?

Почему Энзо так спокоен? Почему не паникует?

Когда Шона вдовль налюбовалась ужасом отразившемся на лице Каи и опустошила три чашки чая, она покинула квартиру Донны, ничем не выдав своего полуволчьего происхождения. До ее ухода телефон звонил не переставая, благо Кая выключила звук, но после он зазвонил вновь. Увидив имя человека, звонившего ей, она начала корить себя. Ей звонил Виль.

Кая слабо улыбнулась Донне, все еще прибывающей под впечатлением от неверотяной болтливости Шоны и ее «приятной компании», и быстро удалилась в комнату к Нине, надеясь не быть похороненной под тонной вопросов, намеревающихся слететь с языка Донны по поводу прибытия интересной и такой необычной гостьи.