Секира первым ударом сушила руки. Держать меч после такого становилось невозможным — часто в блоке у врага ломались кисти. Вторая атака завершала начатое, и налeтчик больше не вставал, погибая от страшных ран.

Пока Нобуeси оттягивал на себя внимание последнего выжившего мага, его спутники разделались со всеми баронскими выродками. Даже Потап отличился — его лоза спутала ноги дезертиру и подвесила на дереве. Новиков немного помялся, не желая убивать беззащитного, но ему помог Мефодий.

Здоровяк одним ударом кулака в железной перчатке превратил голову пленника в лопнувший арбуз и побежал дальше, оставив безжизненное тело болтаться на верeвке.

— Да чeрт возьми, дикарь ты неотeсанный! — возмутился Потап, вытираясь от попавшей на него крови.

Вражеский маг ветра был сильным, бывалым витязем, но без команды шансов у него не осталось. Нобуeси разрезал антимагическим клинком ближайшее к нему торнадо, заставив скрученную в клубок силу вырваться во все стороны и повалить мага на спину.

Тот не ожидал, что его же мощь повернeтся против него самого.

— Как ты это сделал?! — выкрикнул он перед смертью, получив в рот кусок магической стали, и замолчал навеки с удивлeнным взглядом.

Тридцать человек полегло без особого сопротивления, а те несущественные раны, что они успели нанести, тут же залечил Склодский. Враги не были слабаками — такие воины составляли костяк баронских армий и вполне добросовестно выполняли свои задачи, но сегодня им не повезло.

Засада, шок от увиденной межмировой твари, которой здесь не должно быть, и прочие немаловажные факторы сыграли свою роль. Посланные убийцы избрали путь войны, а это не всегда столкновения на открытой местности лоб в лоб. Как говорится: не рой другому яму.

Джанашия повернулся на север.

— А вот и смольницкие, — объявил он и прочитал короткое заклинание, заставляя землю поглотить трупы, чтобы не терять трофеи — потом они обязательно их заберут, в том числе и ждущих в паре километрах отсюда лошадей. — За мной.

Город Ростов, неподалёку от здания суда.

— Смелый ход, сынок, — заметил отец, переводя взгляд с фальшивого меча на моё лицо, люди Смольницких и Кислица в этот момент прыгали в свои согнанные к такому случаю кареты.

— Так ты тоже с ними? — спросил я его, загоняя клинок обратно в ножны.

Что это вообще такое? Передо мной стоял не вспыльчивый, простоватый и заносчивый Денис Юрьевич, а совсем другой человек! На суде я было подумал, что ошибся — Марина растормошила его слегка, но сейчас вблизи я видел полнейшее безразличие и холодность в выражении лица, да и в целом в самой манере держать себя.

— Будь осторожен в своих желаниях, — предупредил Черноярский и, развернувшись, ушёл вместе с адвокатишкой и тевтонцами.

Остались только Рындин и Шеин. Последний нервно хрустел пальцами, усеянными перстнями.

— Прости Владимир, не поверил я в тебя, — сокрушаясь, выдавил он.

— Ты же не пошёл на меня с мечом и магией — на том спасибо.

— Да, но я через свои земли пропустил этих чертей к тебе…

— Господа, пусть пока наша охрана погуляет, — предложил лоснившийся довольством Рындин, вот кто не прогадал с выбором стороны конфликта. — Думаю, нам стоит поговорить с глазу на глаз.

Я знаком велел Троекурской ещё немного подождать, и вскоре мы остались наедине.

— Судьбу графства надо брать в наши руки, — начал Аркадий Терентьевич. — Смольницкие много себе позволяют — это аукнется всем. К сожалению, Антон Павлович повёлся на уговоры и тоже с головой нырнул в сию авантюру…

— У него выбора не было, — вздохнул Шеин.

Все отлично поняли про что он. Баронство Кислица имело самую большую протяжённую границу со Смольницкими и их глава боялся нападения сильного соседа, потому немедленно поддержал оккупацию новых земель и нападение на феод Черноярского-младшего.

— Итого у нас двое воздержавшихся от конфликта, — подвёл итог Рындин, намекая ещё и на моего отца, тот также разрешил войскам смольницкого блока пересечь свои территории, чтобы добраться до меня. — Но, может, мы как-то исправим эту ситуацию?

— Аркадий Терентьевич, голубчик, я бы с радостью, — взмолился толстый барон. — Нет у меня такой возможности, чтобы одному да супротив этих шакалов. Я и так рискую семьeй!

Мы могли бы пойти на переброску сил Рындина к границам Шеина, но тут вставал вопрос доверия. Оба аристократа не согласятся на такое. К тому же Аркадий Терентьевич располагал не таким уж большим воинством. Они точно так же будут сметены врагом. Нет, так дело не пойдёт, поэтому я предложил следующее.