Младший стоял за столом Алекса и просматривал журнал учета посетителей. Он был среднего роста, с волнистыми светлыми волосами и голубыми глазами на красивом лице. На нем был серый костюм, но не такой хорошо сшитый. Под правой рукой у него виднелась выпуклость пистолет.

Левша.

— Я могу вам чем-то помочь? — спросил Алекс младшего. Тот смерил Алекса презрительным взглядом и обошел его, встав за спиной темноволосого.

— Мистер Локерби, — сказал темноволосый, вставая. — Я агент Дэвис. — Он протянул руку, и Алекс пожал ее. — А это мой любопытный напарник, агент Уорнер. — Алекс кивнул младшему, но руку не протянул.

— Чем я могу вам помочь, агент Дэвис? — спросил он, садясь за стол. — Могу я поинтересоваться, из какого вы ведомства?

Дэвис полез в карман пиджака и достал большой бумажник с бейджем, на котором было четко написано "ФБР".

— Мы пришли к вам за помощью, мистер Локерби, — сказал Дэвис, возвращая бейдж в карман. — Нам нужен ваш опыт. В ходе одного из наших расследований мы наткнулись на руны, которых раньше никогда не видели. Мы надеялись, что вы сможете их идентифицировать и, может быть, подскажете, использует ли их кто-то из ваших знакомых.

— Я, конечно, могу взглянуть, — сказал Алекс, пожимая плечами. — Но я не могу сказать, кто их использует.

Молодой агент поджал губы, но Дэвиса это не смутило.

— Я понимаю, что вы не хотите впутывать в дела ФБР другого рунописца, мистер Локерби, но уверяю вас, дело очень серьёзное.

— Я не говорил, что не стану вам помогать, агент Дэвис, — ответил Алекс. — Я сказал, что не могу. Рунописцы, народ скрытный. Мы не делимся друг с другом своими знаниями.

Дэвис, казалось, на мгновение задумался, а затем кивнул.

— Хорошо. — Он достал из портфеля у своих ног папку из манильской бумаги и бросил её на стол. — Мы будем очень признательны, если вы расскажете нам всё, что знаете об этих рунах.

Алекс открыл папку и почувствовал, как у него кровь застыла в жилах. Годы игры в покер научили его скрывать эмоции, поэтому он просто уставился на шесть фотографий в папке. На каждой была изображена сложная руна, нарисованная на обычном листе бумаги. Алексу не нужно было рассматривать их внимательно, он уже знал, что на них изображено. Все эти руны были на последних страницах книги Томаса Роквелла. Он медленно перелистывал страницы, давая себе время подумать. Все руны были такими же, как в синей книге. Это не могло быть совпадением. Во что же был замешан Томас, если за дело взялись федералы?

— Я узнаю три из них, — сказал он, стараясь не лгать напропалую. Он положил на стол три фотографии, чтобы Дэвис мог их рассмотреть. — Это какая-то руна поиска, это сильно изменённая руна жизни, а это, похоже, руна защиты. Они сложнее всего, что я когда-либо видел. Чтобы рассказать вам больше, мне нужно их изучить.

— Вы уверены, что больше ничего не можете нам рассказать? — впервые заговорил Уорнер. У него был акцент жителя Среднего Запада, Айовы или Иллинойса. Алекс улыбнулся.

— Я этого не говорил. Давайте посмотрим поближе.

Он встал и подошел к шкафу с документами, стоявшему за его столом. Он достал многоламповый светильник, похожий на тот, что был у него в наборе, и вставил в него горелку для призрачного света.

— Что это? — с подозрением в голосе спросил Дэвис.

— Ну, — ответил Алекс, поджигая горелку с помощью зажигалки, лежавшей на столе, — это всего лишь фотографии рун, — сказал он, указывая на шесть снимков. — Я не могу судить о том, как была наложена магия, не видя оригиналов. — Он достал из ящика в шкафу очки горчично-жёлтого цвета и нацепил их на нос. — Благодаря этому свету я смогу понять, удалось ли камере что-нибудь заснять. Дэвис и Уорнер нервно переглянулись, но Алекс продолжил, как будто ничего не заметил. — Я понимаю, что шансы невелики, но я не хочу, чтобы вы, ребята, думали, будто я плохо справился.

Алекс снова сел за стол и поднёс каждую фотографию к свету, рассматривая их так внимательно, как только мог. Линии, из которых состояли руны, были написаны магическими чернилами, поэтому они ярко светились, но это были те же линии, которые можно было разглядеть при обычном освещении. Он не соврал, когда сказал, что шансы невелики: для того, чтобы запечатлеть магические ауры, подобные тем, что окружали эти руны, нужны были специальные камеры и специальная плёнка. Тем не менее он хотел показать, что подошёл к делу со всей тщательностью.

Просматривая снимки, он заметил небольшую надпись в правом нижнем углу страниц, на которых были нарисованы руны. Он достал из стола лупу и внимательно изучил каждую надпись. Все они были на каком-то иностранном языке, пока он не заметил цифру в конце одной из строк. Это была цифра семь, написанная задом наперёд. Текст был не на иностранном языке, а на обратной стороне каждой страницы. Тот, кто нарисовал руны, сделал эти пометки той же ручкой и магическими чернилами.

Расточительно.