Шрифт:
Она кокетливо улыбается, а смех настолько наигранный, что это видно даже с моего места, но захмелевшему юнцу это, очевидно, невдомек. Наташа мягкими плавными движениями скользит по кромке пиджака, проворно запуская пальцы под тонкую ткань, а затем, легким прикосновением касается губами мужской щеки, привлекая внимание парня, но меня больше занимает что-то блёкло поблескивающее в ее руках, больше напоминающее кредитку…
— Твою мать… — только и вырывается у меня, когда в голове вихрем проносятся все россказни об объявившемся в клубе воришке.
— Босс? — тут же отзывается позади бармен, в котором обернувшись я узнаю, того самого новичка, как раз искавшего для нас с Киром адрес Наташи.
Первым порывом хочу вызвать охрану, но запечатленное в памяти лицо с толикой тихой бессильной досады, не позволяет это сделать, и я готов сам отвесить себе подзатыльник за то, что собираюсь сделать, точнее не сделать…
«Молодец, Игорь, она тебя обносит, а ты как всегда…» — только и проскакивает мысль, прежде чем, я начинаю осуществлять очередной свой феерический провал.
— Помнишь, я просил тебя найти адрес одной девушки, — бармен задумчиво кивает, и выжидательно смотрит на меня, — нужно больше, выясни кто она и откуда.
— Проблемы? Может ее…
— Нет, — сразу же обрезаю все инициативы, — просто достань инфу, желательно о семье и всем остальном…
Не успеваю я договорить, как телефон во внутреннем кармане начинает вибрировать, и я вижу входящий звонок от Кира…
Глава 42
— Ты какой-то задумчивый, — голос Кира разрезает тишину, вырывая из мерно текущего потока мыслей.
— Причин немало.
— А помимо очевидных? — я ленивым жестом опираюсь плечом о панорамное окно, думая рассказывать ли Киру о произошедшем или нет. А если рассказывать, то о чем? За весь вечер друг так и не обмолвился, о чем именно он хотел поговорить с глазу на глаз…
Кир нетерпеливо ставит стакан, давая понять, что для столь простого вопроса я слишком долго тяну с ответом. Взгляд невольно цепляется за слабое мерцание камина, отражающегося от стеклянной поверхности столика, и я невольно вспоминаю последние разы моего пребывания здесь, к сожалению, не отличившихся позитивом. Быть может, оно было бы и лучше, оставь меня Кир тогда на этом гребанном диване…
— По работе, — слова все же находятся, и, наверное, это лучшее, что я могу выдать в этот момент.
— Все тот же воришка?
— Типа того…
— Может его вообще не существует или это кто-то из персонала? — Кир продолжает выдвигать теории, упорно делая вид, что не замечает возникшего напряжения в квартире с момента моего прихода, вот только настороженность, тщательно скрываемая во взгляде друга, никак не вяжется с простодушным разговором двух закадычных друзей. — К тому же в таком состоянии все что угодно можно потерять. Сам знаю, не понаслышке…
— Ты о чем? — переспрашиваю я, кажется, теряя нить разговора.
— О кредитках, помнишь, я говорил, что посеял одну или парочку, после той… вечеринки, — Кир слегка морщится, видимо, вспоминая ту, самую точку невозврата, с которой все и пошло через одно место. Я открываю рот, чтобы ответить, как в голове неожиданно стыкуется две до жути банальные мысли, горе-девчонка свиснула у Кира бабки…
— Что с тобой? — друг опасливо смотрит на мое офигевшее от столь прекрасной новости лицо, пока перед моими глазами живо рисуется образ повешенной Наташи и тянущего за верёвку Кира. Пожалуй, не стоит огорчать друга, подобными вестями…
— Ничего, просто… — язык с трудом поворачивается, не давая выдавить из себя хоть слово. Лимит вранья я все же превысил… — Так, о чем ты хотел поговорить? Ты не пойми неправильно, я просто фанатею от твоего вида из окна, но вряд ли ты позвал меня ради этого? — перехожу я к делу, в надежде съехать с этой тухлой темы. Не хватало еще потом Кира с Наташей разнимать…
— Я не могу устроить посиделки с другом?
— У нас недавно уже было сборище нашей крепкой мужской компанией, вскоре намечается еще одно, — намекаю на приближающуюся вечеринку по случаю Нового года, — так что нет, гулянки каждую неделю явно не в твоем стиле…
— М-да, я гуляю раз в полгода, но зато с салютом, — еле слышно соглашается Кир и сделав небольшой глоток, поднимается с дивана, — хотел рассказать тебе о нашем разговоре с Никой.
— И о чем говорили? — с небольшим смешком интересуюсь я. Вряд ли Кир удивит меня ответом, зная его пламенную «любовь» к моей бывшей.
— Плюшки разные предлагал, чтобы уехала, — по-простецки кидает друг, что опять не вяжется у меня с его сосредоточенным лицом, однако не успеваю я наконец озвучить свои подозрения, как друг неодобрительно усмехается, — но тебе это, видимо, больше ненужно?