Я перевожу внимание на кольцо и задумчиво кручу его на безымянном пальце. Глаза сами поднимаются на тихо смеющегося и согласно качающего головой Кира, однако, он дорог мне и любим, как человек, впервые подаривший мне подобные чувства. В голове незамедлительно появляются воспоминания о нашей первой встрече: его пылкий, восторженный взгляд и внезапно вспыхнувшая во мне искра, мгновенно превратившаяся в целое пламя. Наши отношения были весьма бурными поначалу, настолько, что Игорю все время подшучивал над Киром, мол, наконец-то ему подарили сердце. Долгое время я не понимала подобных фраз, но со временем срасти улеглись, мы повзрослели, привыкли друг к другу и Киря действительно стал самим собой. Спокойным, ровным, вечно занятым и лишь изредка, хотя стоило признать, довольно метко творившим разного рода неприятности.

— Все нормально? — доносится тихий шепот и я только сейчас замечаю устремленный в ответ на меня взгляд Кири.

Я мягко киваю и механическим движением касаюсь телефона, проверяя его на наличие уведомлений.

Ничего.

Из груди непроизвольно вырывается нервный смешок от испытанного разочарования и досады на саму себя. Глупо ждать чего-то, и что Игорь может сказать, когда говорить на самом деле надо мне, а я не могу собраться, не могу взять себя в руки и, поборов собственные страхи, набрать чертов номер.

Дышать становится трудно и я, коротко извинившись, встаю из-за стола и выхожу на балкон. Нужно поговорить с Игорем, позвонить и объясниться. Без слез, истерик и всего прочего. И ровно то же самое нужно сделать с Киром, просто сесть и открыто все обсудить, без давления и обид, в конце концов, мы же взрослые люди.

Паника точившая сердце отступает, позволяя хоть ненадолго успокоиться, однако тишину тут же нарушает скрип двери, я оборачиваюсь и вижу Кирю, смотрящего на меня все теми же грустными глазами, однако во взгляде я замечаю маленький огонек решимости.

Кир делает несколько шагов ко мне и я его движения еще больше уверяют меня в неминуемости серьезного разговора.

— Долго это еще буде продолжаться? Не воспринимай, как претензию, я просто хочу понимать.

— Недолго, предлагаю завтра сесть и все спокойно обсудить.

— А есть что обсуждать? — Кир вопросительно смотрит на меня.

Судя по болезненной усмешке, так неестественно отразившейся на его лице, он находит ответ в моих глазах.

— Кто бы знал.

— Кирь, все не так.

— А как?

— Я не знаю, — в сердцах выкрикиваю я и мгновенно осекаюсь, глядя за спину Кири, — я понятия не имею, что делать. Я не хочу обидеть тебя, не хочу обидеть его, и получается, что больно всем. Вы оба твердите мне: мы справимся, мы все решим или поступай как хочешь, исходи из собственных желаний, но правда в том, что этого не может быть.

— На самом деле только так и может, — прерывает меня Киря, слегка раздраженным тоном, — каждый из нас действовал в собственных интересах, вопрос лишь в том, понимает он их или нет.

— Именно для этого я и просила дать мне время подумать.

— И? Подумала.

— Да, я…

— Ты хочешь выйти за меня? — я открываю и закрываю рот, не успев подобрать подходящих слов, но Кире и так все становится ясно. — Так я и думал, знаешь, Лер, не у одной тебя было время подумать, — сдержанно произносит он, и не дожидаясь ответа, разворачивается и уходит.

— Кирь, давай все обсудим, — лишь успеваю бросить ему в спину прежде, чем дверь захлопывается, отрезая меня от Кира, — твою мать.

Я бессильно опускаю руки и невидящим взглядом смотрю на пейзаж за окном, стараясь унять бурлящую во мне досаду. Можно планировать что угодно, а получается все, как всегда, через одно место. Не знаю, сколько именно я так стою, но позади слышатся шаги и дверь снова распахивается. Я рефлекторно оборачиваюсь и, заметив напряженное выражение лица Кира, нетерпеливо спрашиваю:

— Что еще?

Он молчит и только сейчас по бледном перекошенному лицу, с лихорадочно бегающими глазами и сжатому до побелевших костяшек пальцев телефону в руке Кира, понимаю, что случилось что-то страшное. Сердце заходится в бешеном ритме и, кажется, останавливается вовсе, стоит Киру произнести одно лишь имя.

— Игорь…

Перед глазами стоит темнота и мне кажется, что я сплю, лишь наперебой звучащие голоса смешиваются в голове, сливаясь в единый шум, а затем словно разбиваются на отдельные фразы.

«Ты что, уезжаешь? С концами?»

«Так не пойдет»

«Без проводов не отпустим»

«Давай еще по одной»

Все меркнет, и звенящая тишина неприятно сдавливает со всех сторон, только редкие, режущие звуки иногда прорываются, словно сквозь толщу воды: хруст стекла, скрежет метала и какой-то непонятный писк. Может мне это мерещится?