— Мусоросжигательные станции! — хором грохнули Алоаэиол с Миларом.

— Именно, — кивнул Ардан. — К ним не так давно подключили водные контуры для вспомогательного нагрева центральной системы отопления. Но при этом далеко не все дома еще успели подключить. А вот отель «Корона»…

— Был подключен одним из первых, — подхватил Милар. Не то чтобы он перебивал, просто не мог удержать понесшиеся вскачь мысли. — И выяснить, к какой именно станции подключена система отопления, не так уж и сложно.

— Даже выяснять не надо, — покачала головой капитан Алоаэиол. — Мы проверяли заранее целостность всех систем. В том числе и отсутствие их скомпрометированности.

— Кто-то может проползти по узким чугунным каналам? — фыркнул Милар.

Капитан Алоаэиол сделала вид, что не заметила короткой ремарки.

— Отель «Корона» подключен к станции на пересечении Орловского проспекта и Монашейской улицы.

— Отлично, — Милар хлопнул ладонью по столу. — Тогда едем.

Капитан Алоаэиол некоторое время молчала, после чего отрицательно покачала головой.

— Там все еще тонны мусора, Милар.

— Ты права, — покачал головой капитан. — Найти один-единственный, самый обычный конверт — все равно что иголку в стоге сена.

Ардан нахмурился.

— Не факт, что такой уж он обычный.

Юноша почувствовал, как на него уставились два недоумевающих взгляда.

— Сами подумайте, — ритм пальцев юноши ускорился. — Если это действительно важные бумаги… Настолько важные, что для их незаметного провоза пришлось ждать Конгресса, то насколько риск велик? Причем для обеих сторон обмена.

Алоаэиол и Милар переглянулись.

— Они должны быть как-то уверены, что документ или даже сам конверт именно то, чем он должен быть, — задумчиво протянула Алоаэиол.

— А не какая-то подстава или подлог, — добавил Милар. — При таких высоких ставках Кукловоды должны обладать страховкой.

Оба капитана вновь скрестили взгляды на Арде.

— На конверте есть метка, — юноша барабанил пальцами уже так быстро, что стол начал слегка пошатываться. — Причем такая, чтобы её можно было пронести через все преграды, включая стационарные щиты отеля.

— Магическая? — спросил Милар.

— Скорее всего.

— Искусство Эан’Хане? — снова уточнил капитан Пнев.

Ардан задумался. Еще недавно он бы отринул данную возможность как абсолютно несостоятельную. Братство Тазидахиана и Эан’Хане? Нет, прежде, до падения Эктасса, владеющие искусством, как и Первородные в целом, расселились по всему западному континенту. Да, концентрированнее всего поселения Первородных располагались в центральной и южной части материка, но и на севере они имелись.

Инквизиция, прежде чем оказаться запертой на территории Теократии Энарио, изрядно сократила поголовье как Первородных, так и слабых, сведущих в искусстве. Причем весьма специфическим образом — они сосредоточивали свои усилия не на самих Эан’Хане, с которыми порой не могли справиться, а на Говорящих. Логика весьма простая и эффективная. Если лишить Эан’Хане потенциальных учеников, то откуда появятся сами Эан’Хане, если некому передать знания?

Так что общепринято было полагать, что на севере материка если Эан’Хане и остались, то их еще меньше, чем на юге. Возможно, лишь редкие единицы, живущие в уединении.

Но уже этим летом Ардан на обратном пути из Шамтура собственными глазами видел эльфа-полукровку Эан’Хане, который был непосредственно обучен искусству в Братстве Тазидахиана! Нечто не то чтобы невозможное, но весьма маловероятное. И все же память Арда не подводила. Он видел то, что видел.

— Скорее всего, — кивнул Ардан, отвечая на вопрос Милара.

— Сможешь отыскать? — с прищуром спросил капитан.

Ардан пожал плечами. Он бы хотел иметь возможность точно ответить на заданный вопрос, но не мог. Слишком много неизвестных в данном уравнении.

— Я могу попытаться, — честно признался Ардан. — Но не знаю, получится ли.

На какое-то время в небольшой, прокуренной квартирке повисла тишина. Такая же вязкая и жирная, как застарелые пятна на кухне, которой пользовались лишь в самых редких случаях и, кажется, никогда не заботились о чистоте. Да и, пожалуй, какой смысл, если помещение использовали для редких встреч, где ни Алоаэиол, ни Корносскому не было дела ни до чего, кроме как друг до друга.

— Ладно, господа дознаватели, — Алоаэиол бросила последний взгляд на улицу и направилась в сторону выхода. — Поехали. Испытаем вашу удачу.