Мы уже промчались по богатому кварталу Серебряных колонн, и рядом с Драко Палацо нас встретил сюрприз…

Дракс Омараз стоял у входа в полном походном снаряжении. Рядом два ящера-слуги грузили сундук на небольшую повозку.

— Уезжаешь? — удивился я, спрыгивая с варга.

— Личная миссия, — кивнул Дракс. — Система дала задание, от которого я не могу отказаться. Подробности раскрывать не имею права, но вернусь примерно через неделю.

— Неделя — это нормально. Мы тут будем, никуда не денемся.

— Именно об этом я и хотел поговорить… — понизил Дракс голос и отвёл меня в сторону. — Семеро людей, которых мы с отцом взяли к себе на работу. Пока меня не будет — а у отца начинается ремонт в резиденции, — им негде размещаться. Строители перекроют весь первый этаж на несколько дней. Не мог бы ты…

— Забрать их к себе? — закончил я за него. — Без проблем. Места хватает, ребята потеснятся. Тем более они и так с нами знакомы.

Дракс с облегчением выдохнул.

— Спасибо. Лучше неделю у вас, чем по гостиницам и постоялым дворам, где их ждут проблемы. Люди в Аматире пользуются спросом у работорговцев… Ко мне уже четверо уважаемых местных вельмож подходили, предлагали продать им раба. Было тяжело объяснить им, что они не рабы и что они не продаются. Так что без присмотра кого-то из нас эту семёрку могут попытаться утащить даже против их воли.

— Грёбаная популярность… Странно, что мне не предлагали до сих пор золотой клетки.

— Так все думают, что ты если и будешь чьим-то рабом, то уж явно императора и никак не меньше.

— А можно я работорговцам голову откручу? Не всем, а тем, что встретятся на пути?

— Друг мой, прошу, не делай глупостей… — покачал головой Дракс.

— Да ладно, я не серьёзно. Понимаю, что с этой заразой справиться тяжело. Пару трупов не сделают нам погоды.

— Вот именно, — согласился драконид. — Тем более у меня самого есть рабыни… Это древняя традиция, и рабы рабам рознь. Некоторые сами себя в рабство отдают, лишь бы служить тем, кого они считают великим… Так, ладно, не смотри ты так на меня. Силой я никого не держу. И вообще, в резиденции, где они за всем следят, я уже три года не появлялся. Считай, сами как хозяева жизни там себя чувствуют.

— Проехали… — махнул я рукой.

Мы обсудили детали, обменялись рукопожатиями, и Дракс, запрыгнув в повозку, укатил в сторону ворот. Быстрые проводы. Ни лишних слов, ни церемоний. Он всегда действовал так: решил, сделал, ушёл. Мне это нравится. Будь все такими эффективными, мир давно избавился бы от половины своих проблем.

Семеро людей пришли через час в сопровождении слуги Дистура, который передал мне записку с благодарностью от старшего Омараза. Среди них была и девочка, которую мы спасли из невольничьего каравана. Она шла, держась за руку взрослой женщины, и растерянно озиралась по сторонам.

Граф взял на себя размещение, быстро прикинул, куда кого поселить, и отправил людей устраиваться. Наш шестой этаж и без того напоминал общежитие, а теперь стал ещё более тесным и шумным. Но никто не возражал. Ратмир подвинул своих дружинников, Вася принялся готовить ужин на расширенный состав, Герда одолжила девочке подушку. А потом произошло то, к чему никто не был готов…

Алиса, материализовавшаяся у кладовой с целью провести ревизию запасов гусиков и уточек, а заодно определиться с ужином, не успела даже принюхаться к содержимому полок, как девочка, увидев пушистый белый хвост, метнулась через всю гостиную, влетела в Алису, обхватила хвост обеими руками и завопила:

— Тётя Алиса, я соскучилась!

Алиса замерла. Хвост непроизвольно дёрнулся, безрезультатно пытаясь вырваться из объятий девчушки. Уши прижались к голове, глаза расширились от страха. Богиня, способная опустошить в ресторанах даже самый бездонный кошелёк, богиня, от чьего девятихвостого воплощения некоторые племена ящеров дрожат в страхе, стояла посреди кладовой и не знала, что делать с прилипшим к ней ребёнком.

— Э-э-э… — выдавила она. — Можешь отпустить мой хвост?

— Не хочу! Он такой пушистый и нежный! Как мамины волосы!

Во взгляде Алисы я видел мольбу о помощи. Никогда ещё я не играл тупого болвана с таким нескрываемым удовольствием.

Прошла неделя…

Алиса сидела на кухне мрачная и непривычно тихая. На её плечах верхом сидела девочка и с хохотом пыталась поймать нервно дёргающийся хвост. Хвост метался из стороны в сторону, и каждый раз, когда маленькие ручки почти смыкались на кончике, он ускользал в последний момент. Девочка визжала от восторга, словно ей не семь лет, а четыре или пять.

Судя по всему, игрушек в её детстве не было, а горя она нахлебалась по горло. Вот теперь и компенсирует детскую непосредственность, сидя у Алисы на шее. Богине только и оставалось, что скрипеть зубами. Даже не исчезнешь… Малышка упадёт, ударится, и все будут считать её злой мегерой. А тогда тебе ни уточек, ни гусиков, ни даже худых курочек.

Я прошёл мимо, заглянул на кухню и остановился в дверях.

— Доброе утро. Ты чего хмурая такая? — поинтересовался я, наливая себе воды. — Думаешь, когда появятся свои дети, тебе будет проще? Тренируйся, пока есть возможность.