Над юнцами стоял высокий седовласый сид в тёмной мантии более вычурного покроя. Сиды напоминают высоких эльфов Толкина или эльдаров из Вархаммера: у них вытянутые лица и тонкие черты, бледная восковая кожа и волосы отливают металлом. Ну хоть заострённых ушей нет (потому что с какой эволюционной стати у гуманоидов бы появились острые торчащие уши). Этот народ обладает холодной и чуждой красотой, а данный конкретный сид был немолод и мрачен. У него на груди покоился золотой диск с тем же символом, и он явно следил, чтобы два человека не накосячили.

— Ленная гильдия, — шепнула Ори. — Это их вератор, ох, дело серьёзное, что же они затеяли…

«Независимая и уважаемая надзорная организация во многих мирах», — подсказало системное инфо символа. — «Вераторы Ленной гильдии являются гарантами законности в феодальных системах права. Служат арбитрами в спорах, исполняют нотариат и арбитраж, своей печатью закрепляют право наследия, управления ленами и мирами. Ленная марка является высшей инстанцией в более чем десяти тысячах феодальных миров».

Неслабо. Такие средневековые бюрократы с большим влиянием.

Зал был роскошен: паркет с инкрустацией и стенные панели из красного дерева, стены и купол отделаны зелёным бархатом в виде драконьих чешуй. По кругу висели овальные портреты бывших князей, центральный в самой серьёзной раме: почтенный и мрачный усатый муж с тростью и набалдашником в виде коршуна. «Великий Князь Бенджамин Каро, основатель Планарной Библиотеки», гласила табличка и системная метка. Даты жизни и смерти для меня были просто цифрами, кто знает, какое в этом мире счисление и что означает «177–365п.п.»

— Верр Хиано, скоро ли будут готовы документы? — осведомился один из четырёх советников за овальным столом, немолодец в чёрном камзоле и парике из лоснящихся завитушек, в его голосе было нервное ожидание, а в руках самописное перо. — Княжна может нагрянуть с минуты на минуту.

— Скоро, ваше мерцательство, осталось немного, — ответил Хиано спокойно и вежливо, но сразу стало ясно, кто здесь расфуфыренный попрошайка, а кто хозяин положения.

Советники расположились в центре зала за овальным столом и сидели в позах нервного нетерпения. Их было четверо: пожилой граф Бейли в чёрном камзоле, который и задал вопрос. Граф Кейрос, длинноволосый щёголь со шпагой фиолетового ранга и с таким же по силе веером, который не выпускал из левой руки. Тучный краснощёкий барон Барнаби явно чувствовал себя не в своей тарелке. А герцог Лэнгвар, крючконосый старик с окривевшим ртом, хищно горбился и смотрел на всех исподлобья.

Проницательность демона-инспектора была прокачана аж до 30-ти, и я видел каждого из интриганов насквозь — сразу со всей подноготной, словно доклад из секретного досье. Как хорошо быть инспектором 229-го уровня!

Кейрос оказался советником по внешнеполитическим связям, но досье сообщало, что он читерит в дуэлях с теми, кого сам спровоцировал на вызов. На его счету было 38 побед при всего двух поражениях, и семь побеждённых Кейрос убил, а остальных заставил унижаться и вымаливать прощение. После каждого такого успеха он любил устраивать сомнительные напомаженные вечеринки.

Граф Бейли же, выдав экспертизу по экономике и налогам, принимал воскурения алхимического порошка из чужих страданий. Я нахмурился, это не стёб? Оказалось, нет. Кто-то собирал чужие мучения с помощью магии, кто-то другой возгонял их в алхимических аппаратах и выпаривал, чтобы получить порошок, и последний некто поставлял графу и другим богатым клиентам в дорогой упаковке. При взгляде на список концентрированных мучений, которые перенесли множество человек, у меня кулак зачесался врезать Бейли в лицо и вытрясти из чёрного камзола всю дурь.

Советник по торговле барон Барнаби на их фоне был сущим обжорным душкой, ну трус и приспособленец, ну вор и махинатор, с кем не бывает.

А старый герцог Лэнгвар оказался ритуалистом-демонологом и принёс в жертву почти десяток пейзан, чтобы призвать демонов себе на службу. Тайные слуги герцога похищали простолюдинов не из его наделов, а из чужих, а убивал их лично сам Лэнгвар. Безжалостная тварь, бессердечный в буквальном смысле слова (он отдал сердце демонам), а сидит в совете. Я видел сразу все его преступления полным списком, он длился и длился, а у имени герцога красовалась метка алого трезубца: значит, он связан с Вечным воинством демонов алой крови особой клятвой, которую принёс ещё в юности. Посмотрим, что с этим можно сделать.

Ну и компашка подобралась у Княжны. Может, конечно, все представители властной аристократии таковы, я в них не разбираюсь, но здесь трое из четверых были как из паноптикума, да и по толстяку плакала тюрьма. Я видел все их грешки — но вряд ли свидетельства демона примут за доказательство в суде. Оставалось сделать так, чтобы до суда дело не дошло.

На столе между заговорщиков лежал тёмный и строгий футляр: квадратный, достаточно крупный, интересно, что там внутри.

— Господа, у вас всё готово? — нервно спросил Бейли.