— А она у тебя всегда так бодро отправляет в смерть? — спросила Лена.

— Почти.

— Полезная штука.

Анна уже листала планшет.

— Романов наверху?

— Пока нет, — сказала Лена. — Но его закрытый канал открыт на шестом. Там сидит дежурная группа и эфирники. Если им сейчас дадут команду, они закроют общий вещательный контур от нас намертво.

— Сколько у нас времени? — спросила Вера.

Лена глянула на экран.

— До тех пор, пока первый патруль не дойдёт до второго этажа. Три минуты. Потом ещё сколько-то на драку. То есть мало. Очень мало.

— Нормально, — сказал Борисыч. — Мы любим мало.

— А я нет, — ответила она. — Но вас почему-то никто не спросил.

Я сел к ядру.

В комнате сразу стало тише. Не снаружи. У меня в голове.

Голос внутри стал ближе.

Готовность подтверждена.

Прямой вход в архивный контур возможен.

Побочные эффекты вероятны.

— Какие ещё побочные?

Переизбыток данных.

Чужие следы.

Возможный контакт с удалёнными сеансами.

— Очень обнадёживает.

Лена наклонилась ко мне.

— Слушай внимательно. Не лезь сразу в глубину. Возьми три вещи. Первое — зеркала посмертных прикрытий. Второе — подтверждение проекта “Наследник”. Третье — прямую связку приказов от Романова к Красному Берегу. Если это вытащишь, дальше уже можно город рвать.

— Понял.

— И если увидишь красный коридор с маркировкой “чистка” — не суйся.

— Почему?

— Потому что оттуда половина людей выходит уже не своими. В лучшем случае.

— Прекрасно.

Я положил руки на кольцо ядра.

И провалился.

На этот раз без раскачки. Сразу.

Архив башни оказался не похож на то, что я уже видел раньше. Не узлы, не поле, не контуры пояса. Тут было как в старой библиотеке, которую кто-то засунул внутрь машины. Ряды ячеек. Световые нити. Тонкие дорожки данных. И слой грязи сверху. Не настоящей грязи. Ложных перезаписей, дырок, подменённых меток.

Голос внутри говорил спокойно:

Обнаружены зеркала.

Обнаружены подмены.

Внешний оператор пытался зачистить массивы недавно.

— Романов?

Подтверждение вероятно.

Я пошёл к посмертным прикрытиям.

Они лежали плотным пакетом. Не десятки. Сотни. Люди, которых списали в мёртвые, а потом утащили в закрытые сектора, узлы, техпроекты и опытные контуры. Семьи. Служилые. Инженеры. Техники. Связисты.

Мне стало холодно.

— Их тут… до хрена, — сказал я вслух.

— Что там? — донёсся голос Лены откуда-то издалека.

— Списки. Большие. Очень.

Голос внутри продолжил:

Рекомендую выгрузку полного массива.

Ценность высокая.

— Беру.

Я дёрнул зеркало на себя. Оно вышло тяжело, как мокрая сеть. Потом всплыл второй слой — проект “Наследник”.

Там уже шли сухие строки, отчёты и схемы.

Цель: создание управляемых операторов на основе родственных линий.

Метод: закрепление носителей первой волны, использование потомков для мягкого сопряжения.

Статус: частично успешен.

Я стиснул зубы.

— Суки.

— Да, — спокойно сказала Лена. Похоже, я опять говорил вслух. — Только не отвлекайся.

Следом пошли приказы.

Вот тут стало весело по-настоящему.

Не красивые общие фразы. Не мутные подписи. Прямые распоряжения.

Красный Берег — закрыть.

Семнадцатый узел — тест допустить.

Внешний реестр — посмертное прикрытие активировать заранее.

Нулевой пояс — контроль усилить.

Носителя Артёма Крайнова — после стабилизации перевести на объект Н-0.

И дальше.

Отправитель: генерал Романов.

Подтверждено личным каналом.

— Есть, — выдохнул я. — Есть, сука.

Голос внутри вдруг стал жёстче.