Мы легли за бетонным блоком и осмотрелись.

Двенадцатый склад был правее. Длинный. Низкий. С выбитыми окнами под крышей. За ним торчала старая крановая галерея. Слева тянулась дренажная канава. Там темнота была плотнее.

Вера приложила к глазу маленькую трубу и тихо сказала:

— На крыше двое. Сидят у вентиляционного короба. Один у них с длинным стволом.

— Значит, крест на крыше живой, — сказал я.

Гера чуть двинулся вправо.

— У дренажки тоже шевеление. Один точно. Второго не вижу.

— Хорошо. Нижний вход у них закрыт, верх прикрыт, бок держат. Всё по схеме.

— И что дальше? — спросила Лиза.

Я смотрел на склад и думал.

Там, внутри, уже кто-то шёл к архиву. Люди Коршунова сидели на нас. Они ждали, что мы зайдём по понятным тропам. Значит, понятные тропы нам не нужны.

— Гера, — сказал я. — Можешь поднять шум у дренажки?

Он хмыкнул.

— Какой именно? Маленький или праздничный?

— Средний. Чтобы головы туда повернули.

— Умею.

— Вера, ты снимаешь крышу. Одного точно. Второго прижмёшь.

— Согласна.

— Лиза со мной. Идём через крановую галерею.

Она кивнула.

— Пошли.

Гера уже пополз влево. Вера легла удобно, вывела пистолет-пулемёт на край блока и застыла. Я с Лизой двинулись вдоль ржавого забора, потом нырнули под него в пролом и пошли к опоре галереи.

Лестница наверх была старая. Половина ступеней сгнила. Я полез первым. Металл скрипел под сапогами. Сердце стучало ровно. Я это любил. Когда страшно и тихо, тело само вспоминает, зачем ты живой.

Снизу донёсся короткий свист.

Через секунду у дренажки что-то грохнуло и покатилось по бетону. Потом ещё один удар. Потом крик:

— Там! Слева!

Люди у канавы дёрнулись. На крыше тоже зашевелились тени.

Вера ударила сразу. Короткая очередь. Один на крыше завалился набок и соскользнул к краю. Второй нырнул за короб.

— Контакт! — заорали снизу.

Мы уже были наверху.

Крановая галерея встретила нас ржавой решёткой и ветром. Справа был тёмный провал двора. Слева крыша склада. Между ними — старый служебный мостик. Узкий. Шаткий. Под ногами пустота.

Лиза ступила на решётку легко. Я шёл следом.

Снизу хлопнули два выстрела. Потом длинная очередь. Где-то отвечала Вера. Значит, шум пошёл как надо.

Мы добрались до крыши и легли у вентиляционной шахты.

Второй стрелок сидел метрах в десяти. Прятался за коробом и пытался понять, откуда по нему работали.

Я показал Лизе ладонь: жди.

Потом поднялся на полкорпуса, взял с крыши ржавый болт и швырнул влево.

Болт звякнул у другого края.

Стрелок сразу повернул голову.

Я был уже рядом.

Схватил его за ворот, дёрнул назад и вбил колено в спину. Он успел только хрипнуть. Я выбил оружие, перехватил шею и уложил мордой в рубероид.

— Тихо.

Он дёрнулся ещё раз. Потом обмяк.

Лиза подскочила, быстро стянула с него запасной магазин и нож.

— Живой?

— Пока.

— Нам нужен?

— Нет времени.

Снизу донёсся новый крик. На этот раз от Веры:

— Быстрее! Их больше, чем я думала!

Я подхватил пленного за ворот и подтащил к краю крыши. Отсюда был виден двор перед складом. У дренажки уже мелькали ещё двое. Значит, резерв всё-таки был.

— Вход? — спросила Лиза.

Я показал на люк обслуживания у шахты.

Запор был старый. Рычажный. Под такими я полжизни провёл. Открыл за три секунды.

Внутри уходила вниз железная лесенка. Пахло затхлым воздухом и пылью. Мы спустились в тёмный технический короб под крышей. Тут шли трубы, кабели и старые кронштейны. Ниже слышались шаги. Один человек. Идёт быстро. Не крадётся.

— Это он, — шепнула Лиза.

— Да.

Мы двинулись вдоль короба до внутренней площадки. Оттуда была видна половина склада. Пустые стеллажи. Ящики. Сломанный погрузчик. И открытый проход вниз, под пол. Возле него мерцал слабый белый свет.

Кто-то уже вскрыл нижний уровень.

— Контур активен, — шепнул голос внутри.

— Вижу.

— Ты опять вслух, — заметила Лиза.

— Привычка дурная.

Шаги снизу стали ближе. Потом из прохода вышел человек.

Высокий. Худой. В тёмном плаще. На плече висела сумка. В руке он держал узкий цилиндрический фонарь. Шёл спокойно. Словно никого тут не боялся.

Я уже хотел дать знак, когда он поднял голову.

И я увидел лицо.

Знакомое.

Слишком знакомое.