Шрифт:
— Снимете? — переспросил Гера.
— Я образно, — сказала она. — Хотя как пойдёт.
План и правда получался именно такой.
Сначала дом.
Потом архив.
Потом уже станет ясно, кто кого водит за поводок.
Я глянул на часы.
До глубокой ночи оставалось чуть больше трёх часов.
— Спим по очереди, — сказал я. — Я первый час работаю с блоком. Потом падаю на сорок минут. В два выходим.
— Согласна, — сказала Вера.
— Я на входе посижу, — сказал Гера. — После такого мне всё равно не уснуть.
Лиза молча проверяла ремень на кобуре, которую ей отдала Вера. Руки у неё были спокойные.
Это меня порадовало.
И сразу не порадовало.
После еды я снова сел за блок.
Внутри тлела ещё одна мёртвая ветка. Я это чувствовал. Как занозу. Тронешь — пойдёт.
— Открывай, — сказал я.
Открыть служебный лог?
— Да.
Перед глазами пошли короткие строки.
Проверка узла.
Смена маршрута питания.
Подтверждение допуска А.К.
Внешний наблюдатель подключён.
Носитель зарегистрирован.
На последней строке я замер.
Носитель.
То есть узел заранее ждал человека, который переживёт перегрузку.
Холод медленно прошёл по спине.
— Вера, — сказал я. — Они не просто устроили прорыв. Они ждали, что узел кого-то выберет.
Она подошла ближе.
— Уверен?
— Да.
— Тогда ты нужен им живым.
— Уже легче.
— Легче мне. Пока ты живой, у нас есть шанс укусить их раньше, чем они тебя закроют окончательно.
Снаружи тихо постучал Гера.
Раз.
Потом ещё раз.
— Там сверху кто-то прошёл по двору, — сказал он. — Один. Потом ещё двое.
Мы переглянулись.
Вера сразу погасила лампу.
Тётя Зина уже стояла у лестницы со своей сковородой. Вечная сила бытового оружия.
Я убрал блок в ящик под верстаком, поднялся и встал у стены рядом с входом.
Шаги сверху остановились.
Потом кто-то дёрнул ручку.
Один раз.
Потом второй.
И знакомый голос Паши протянул через дверь:
— Лиза. Я знаю, что ты здесь. Давай по-хорошему поговорим.
Я медленно улыбнулся.
Вот и ключ сам пришёл к нам домой.
Глава 7. Ключ из моего дома
В два ночи мы вышли из подвала.
Город к тому часу уже притих. Где-то ещё гремели поздние телеги. У дальних мастерских тявкала собака.
Я шёл первым. За мной Лиза. Дальше Вера. Гера тащился последним и ворчал себе под нос.
— В нормальной жизни люди ночью спят, — сказал он.
— Ты бы ещё про совесть вспомнил, — ответил я.
— Совесть я давно продал. Вопрос был про сон.
Мы свернули в узкий проход между прачечной и кузней, перелезли через низкий забор и вышли к старым огородам. Там трава давно уже вымахала по пояс. Доски гнили. Ветки скребли по плечам. Лиза уверенно вела нас через этот бардак, будто вчера тут бегала.
— Тут аккуратнее, — шепнула она. — Справа яма.
Гера едва не ушёл туда по колено и тихо выругался.
— Хорошее место. Душевное.
— Молчи, — сказала Вера.
Через десять минут мы уже лежали в тени соседского сарая и смотрели на мой дом.
Свет горел на кухне и в большой комнате. Во дворе стояла машина Соколовых и ещё одна, серая, без знаков. Возле калитки курили двое. Оба в тёмных куртках. Держались ровно. Вроде дворовых мордоворотов, только слишком спокойные. Такие работают за деньги и любят короткий приказ.
Я прищурился.
— Те двое у калитки — корпус.
— Да, — сказала Вера. — По стойке видно.
— Сколько ещё внутри?
— Минимум трое. Может больше.
Лиза показала на тёмный боковой фасад.
— Через мастерскую можно. Окно внизу заколочено снаружи. Изнутри там слабый крюк. Я в детстве лазила.
— Помню, — сказал я.
Она глянула на меня.
— Ты орал тогда час.
— Был повод. Ты уронила мне ящик с болтами.
— Зато я потом собрала половину.