— Ты опять куда-то идёшь.

— Да.

— Опасно?

— Да.

Она кивнула. Глаза жёсткие.

— Тогда хотя бы скажи честно.

— Могут попытаться убить.

— Ясно. Возвращайся.

Вот и весь разговор. Мы с ней давно умели без лишних слов.

На склад у набережной я пошёл один. Так было правильнее. Гера остался рядом, но снаружи. На случай, если придётся быстро уходить.

Склад стоял между пустым элеватором и старой насосной станцией. Район тихий. Людей мало. Шум реки рядом. Для встречи удобно. Для убийства тоже.

Ворота были приоткрыты.

Я вошёл.

Внутри темнота, пыль и запах масла. Под потолком горела одна лампа. Под ней стоял железный стол. На столе лежал блок управления старого образца. Тот самый товар, ради которого якобы и звали мастера.

Рядом с блоком стояла женщина.

Высокая. Тёмный плащ. Волосы собраны. На поясе кобура. Лицо спокойное. Глаза внимательные.

Она смотрела прямо на меня.

— Артём Крайнов, — сказала она. — Вы живы. Это удобно.

— Для кого?

— Для меня.

— Уже интересно.

Она кивнула на блок.

— Посмотрите.

Я не двигался.

— Сначала имя.

— Вера Данская.

— Кто вы?

— Работаю на Дом Вельских.

— Тогда мне уже не нравится.

— Чувство взаимное, — сказала она ровным голосом.

Я всё-таки подошёл к столу. Блок был старый. Очень старый. Из тех, что ставили на аварийных узлах первой линии. Корпус вскрывали грубо. Внутри часть схем оплавлена. Пару контуров выдрали с мясом. И всё же штука была живая.

Я коснулся края.

Перед глазами вспыхнули бледные линии.

Узел связи. Серия 17-А. Внешний контур. Повреждён.

У меня внутри всё сжалось.

Семнадцатая серия.

Такая же, как на моём рубеже.

Я поднял глаза на Веру.

— Где вы это взяли?

— Нашли после одного старого инцидента.

— Врёте.

— Да.

— Уже лучше.

Она чуть усмехнулась.

— Мне нужен человек, который сможет это открыть. Мне сказали, что вы подходите.

— Мне тоже сегодня много чего сказали.

— Вас уже пытались убрать по дороге сюда. Значит, вы полезны.

— Или неудобны.

— И это тоже.

Я посмотрел на кобуру у неё на поясе, потом на тени по краям склада.

— Сколько людей вы прячете?

— Пятеро.

— Плохо прячете.

— Один ваш. Снаружи, у северной стены.

Значит, Геру заметили сразу.

Я медленно выдохнул.

— Чего вы хотите?

Вера положила ладонь на блок.

— На семнадцатом узле случился не прорыв. Случилась проверка. Кто-то хотел увидеть реакцию старой сети на перегрузку. Узел ответил. Вы выжили. Теперь все, у кого есть голова, хотят понять как.

— А вы?

— Я хочу понять, кто запустил тест.

— Зачем мне вам верить?

— Потому что ваши бумаги из дома искали не мы. Потому что официальный приказ о вашей смерти подписали через шесть минут после перегрузки. Потому что ваш брат получает защиту от канцелярии Внутреннего корпуса. И потому что через два часа люди из этого корпуса придут сюда за блоком и за вами.

Я молчал.

Слишком складно. Слишком быстро. И всё же в её словах было мясо. Не пустой звон. Я это чувствовал.

— Докажи, — сказал я.

Она бросила мне тонкую папку.

Внутри лежали копии приказов. Отметки по времени. Пропуск на выемку архивов из моего дома. Подпись я не знал. Зато печать видел раньше. Внутренний корпус снабжения рубежей.

— Откуда это у тебя? — спросил я.

— Я тоже умею брать своё.

Голос в голове тихо произнёс:

Вероятность подлинности документов — 81 %.

— Спасибо.

— Всегда пожалуйста, — сухо ответила Вера. Она, конечно, ничего не слышала. Это я уже по привычке вслух.

Я листал бумаги и понимал простую вещь: кто-то начал заметать следы сразу после перегрузки. Очень быстро. Значит, ждали. Значит, знали.

— Что у вас за план? — спросил я.

— Сейчас — открыть блок и снять данные. Потом уйти.

— Потом?

— Потом найти архив семнадцатой серии раньше корпуса.

— А потом?

— Потом решим.

Честный ответ. За это я её мысленно отметил.

Я положил папку на стол и взялся за блок обеими руками.

Старый металл был тёплый. Линии внутри вспыхнули ярче. Где-то в глубине щёлкнул замок.