— Не сможете, сэр? — спросил Джеймс, робея перед безупречным Солтонстоллом.

— Ради бога, тупица! — рявкнул Солтонстолл. — Любой дурак может войти в эту гавань, но как, дьявол побери, из нее выйти? Отвечай!

— Вам и не нужно выходить, сэр, — сказал Джеймс. Коммодор, конечно, был прав. Если войти в гавань на попутном ветре было довольно легкой задачей, то выйти оттуда галсами, да еще под огнем пушек форта, было бы чертовски трудно.

— О, слава Господу, — сказал Солтонстолл, — так я должен просто стоять там, да, позволяя береговым батареям разнести мой корабль в щепки?

— Господь с вами, сэр, нет. Вы можете пойти дальше, вверх по реке Багадус, — сказал Джеймс. — Там глубоко, сэр, и далеко за пределами досягаемости любых их орудий.

— В реке футов тридцать в малую воду, не меньше, — вставил Брюэр.

— Двадцать-то точно, — сказал Джеймс.

— Вы, кажется, чертовски сведущи в этом деле, — набросился Солтонстолл на капитана Брюэра.

— Я здесь живу, — ответил Брюэр.

— Я не собираюсь рисковать своими кораблями в этой проклятой дыре, — твердо сказал Солтонстолл, затем снова отвернулся, чтобы взглянуть на укрепления.

— В какой еще проклятой дыре, коммодор? — прервал его бодрый голос.

Солтонстолл обернулся и посмотрел на Пелега Уодсворта, только что прибывшего на борт фрегата.

— Доброе утро, генерал, — проворчал коммодор.

Бригадный генерал Уодсворт выглядел счастливым. Его опасения по поводу боеспособности ополчения рассеялись при первом же взгляде на британские укрепления, которые были видны с палубы «Салли», когда та шла на север. Уодсворт разглядывал в подзорную трубу британский форт над поселением и видел, что возведенные стены были до смешного низкими, что подтверждало донесения о незавершенности валов. Двое местных жителей, доставленные на флот морпехами с «Тираннисайда», также подтвердили, что работы Маклина далеки от завершения, а пушки форта все еще не установлены.

— Бог был добр к нам, — сказал Уодсворт, — и британцы не готовы. — Он улыбнулся Флетчеру. — Здравствуй, молодой человек, это твоя лодка привязана у борта?

— Да, сэр.

— Выглядит очень ладно, — сказал Уодсворт, а затем встал рядом с коммодором. — Генерал Ловелл намерен начать штурм сегодня днем, — сообщил он Солтонстоллу.

Солтонстолл снова хмыкнул.

— И мы просим о любезности предоставить нам ваших морпехов, сэр.

Солтонстолл хмыкнул в третий раз, а затем, после паузы, громко крикнул:

— Капитан Уэлч!

Высокий морпех прошагал через палубу.

— Сэр?

— Какого рода штурм, генерал? — потребовал ответа Солтонстолл.

— Прямо на утес, — уверенно сказал Уодсворт.

— На утесе батарея, — предупредил Солтонстолл, а затем небрежно махнул рукой в сторону Флетчера и капитана Брюэра, — они знают.

— Вероятно, шестифунтовые, — сказал капитан Брюэр, — но нацелены на юг.

— Пушки смотрят на вход в гавань, сэр, — объяснил Джеймс. — Они не нацелены на залив, — добавил он.

— Тогда пушки не должны нас побеспокоить, — весело сказал Уодсворт. Он сделал паузу, словно ожидая согласия от коммодора, но Солтонстолл лишь смотрел мимо бригадного генерала, и его вытянутое лицо как бы говорило, что у него есть дела поважнее, чем заниматься проблемами Уодсворта. — Если ваши морпехи займут правый фланг… — предложил Уодсворт.

Коммодор посмотрел на Уэлча.

— Ну?

— Вы окажете нам честь, сэр, — сказал Уэлч.

Солтонстолл кивнул.

— В таком случае можете взять моих морпехов, Уодсворт, — сказал он. — Но берегите их! — Это, очевидно, была шутка, потому что коммодор коротко хохотнул.

— Весьма признателен, — сердечно ответил Уодсворт. — И генерал Ловелл просил меня узнать, коммодор, планируете ли вы атаку на их корабли? — Уодсворт задал этот вопрос с величайшим тактом.

— Вы хотите и того, и другого, Уодсворт? — свирепо потребовал коммодор. — Вы хотите, чтобы мои морпехи атаковали на суше, но отказываете мне в их службе при штурме вражеских кораблей? Так чего вы хотите, суши или моря?

— Я желаю, чтобы дело свободы восторжествовало, — сказал Уодсворт, зная, что звучит напыщенно.

И все же эти слова, казалось, задели коммодора. Он вздрогнул, затем снова посмотрел на три вражеских шлюпа.

— Они подобно пробке в бутылочном горлышке, — сказал он. — Не бог весть какая пробка, скажете вы, но бутылка чертовски узкая. Я могу уничтожить их корабли, Уодсворт, но какой ценой, а? Скажите мне! Какой ценой? Половиной нашего флота?

Капитан Брюэр и Джеймс Флетчер почтительно отступили, словно предоставляя двум старшим офицерам обсудить дела, в то время как капитан Уэлч стоял, мрачно глядя, рядом с коммодором. Лишь Уодсворт, казалось, был спокоен. Он улыбнулся.