Шрифт:
— Чаю, — сказал Маклин.
— Чаю? — переспросил Филдинг.
— Пусть заварят им чаю, — Маклин указал на разбитых солдат.
Сотни? Он задумался. Может, двести. Часовым на валах форта Георга открывался ясный вид на атакующих, и самые надежные из них насчитали две-три сотни мятежников, многие из которых не довели атаку до конца. Теперь же сгущающийся туман скрывал всю низину.
— Вы посылали за мной, сэр? — Капитан Иэн Кэмпбелл, один из лучших офицеров 74-го полка, присоединился к бригадному генералу на валу.
— Доброе утро, Кэмпбелл.
— Доброе утро, сэр.
— Только утро-то недоброе, — сказал Маклин. — Наш враг проявил инициативу.
— Я слышал, сэр. — Иэн Кэмпбелл одевался в спешке, и одна пуговица на его мундире была расстегнута.
— Вам когда-нибудь доводилось захватывать вражеское земляное укрепление, Кэмпбелл?
— Нет, сэр.
— Если ваши люди не очень хорошо дисциплинированы, это приводит к дезорганизации, — сказал Маклин, — что наводит меня на мысль, что наш враг сейчас довольно дезорганизован.
— Да, сэр, — сказал горец, улыбнувшись, когда понял, на что намекает бригадный генерал.
— И капитану Моуэту не понравится, если враг будет удерживать батарею «Полумесяц», совсем не понравится.
— Мы должны помочь Королевскому флоту, сэр, — сказал Кэмпбелл, все еще улыбаясь.
— Именно так, это наш священный долг. Так что берите своих бравых парней, капитан, — сказал Маклин, — и прогоните оттуда этих негодяев, хорошо?
Пятьдесят морпехов были застигнуты врасплох и выбиты из батареи «Полумесяц», так что Маклин пошлет пятьдесят шотландцев, чтобы отбить ее обратно.
Маклин пошел приводить в порядок волосы.
Из письма бригадного генерала Соломона Ловелла Джеремайе Пауэллу, президенту Совета штата Массачусетс-Бэй, 1 августа 1779 года:
…что теми войсками, которые ныне составляют мою армию, невозможно одержать победу штурмом и маловероятно за приемлемое время принудить их к сдаче путем регулярной осады. Для достижения первого я должен запросить несколько регулярных, дисциплинированных отрядов и пятьсот ручных гранат… по крайней мере четыре мортиры калибром девять дюймов или близко к тому, что позволит ваша артиллерия, с обильным запасом зажигательных снарядов.
Из письма Военного совета Совету штата Массачусетс, 3 августа 1779 года:
Военный совет хотел бы донести до Вашего внимания, что по причине великих расходов, понесенных в связи с экспедицией на Пенобскот, он настолько истощен финансово, что испытывает величайшие затруднения в исполнении обычных дел ведомства и ныне призывается к уплате 100 000 фунтов, причитающихся лицам за провизию, отправленную в ту экспедицию. Нынешняя нехватка хлеба в общественных магазинах, как штата, так и Континентальных, вызывает тревогу и может повлечь за собой роковые последствия…
Из письма Сэмюэла Сэвиджа, президента Военного совета, Бостон, генерал-майору Натаниэлю Гейтсу, 3 августа 1779 года:
Слухи говорят, что наши силы на Пенобскоте после самого яростного сопротивления принудили врага сдаться, как морские, так и сухопутные силы, в качестве военнопленных, и что сие славное событие произошло в прошлую субботу.
ГЛАВА ДЕСЯТАЯ
Солнце еще не взошло, когда Пелег Уодсворт разбудил полковника Ревира, который, получив публичный приказ ночевать на берегу, поставил захваченные на Кросс-Айленде палатки и устроил в них свою новую штаб-квартиру. Это были единственные палатки в армии Ловелла, и некоторые недоумевали, почему их не предложили самому генералу.
— Я только-только уснул, — проворчал Ревир, откидывая полог палатки. Как и большая часть армии, он всю ночь наблюдал за вспышками выстрелов.
— Вражеская батарея взята, полковник, — сказал Уодсворт.
— Я видел. Весьма отрадно. — Ревир накинул на плечи шерстяное одеяло. — Фрайар!
Из укрытия из дерна и бревен выполз человек.
— Сэр?
— Раздуй огонь, приятель, холодно.
— Да, сэр.
— Весьма отрадно, — повторил Ревир, снова взглянув на Уодсворта.
— Захваченную батарею сейчас окапывают, — сказал Уодсворт, — и нам нужно перебросить туда наши самые тяжелые орудия.
— Самые тяжелые орудия, — эхом повторил Ревир. — И вскипяти чаю, Фрайар.
— Чаю, сэр, да, сэр.
— Самые тяжелые орудия, — снова сказал Ревир, — полагаю, вы имеете в виду восемнадцатифунтовые?
— У нас их шесть, не так ли?
— Так.
— Новая батарея находится близко к вражеским кораблям. Я хочу ударить по ним со всей силы, полковник.
— Мы все этого хотим, — сказал Ревир. Он подошел ближе к костру, который, только что раздутый, ярко запылал. Он поежился. Хоть лето и было в самом разгаре, ночи на востоке Массачусетса бывали на удивление холодными. Он стоял у огня, освещавшего его грубоватое лицо. — У нас мало восемнадцатифунтовых ядер, — сказал он, — разве что коммодор сможет нас ими снабдить.