Цокая каблуками направляюсь в кабинет Калинина. Он сидит за столом. А у меня никак не получается справиться с волнением. Красивый. Какой же он красивый! Чёрная рубашка подчёркивает глубину взгляда. Делает его бездонным. Затягивающим в свои тёмные омуты.

Колени предательски начинают дрожать, а губы покалывает.

— Здравствуйте, — подаю голос, который звучит пискляво и неуверенно.

— Здравствуй, — кивает и смотрит с отчуждением.

— Ваш кофе.

— Спасибо. Я сладкое не ем. Ты знаешь, — длинными сильными пальцами, которые сжимали волосы на моём затылке, обхватывает чашку и делает глоток.

— Это домашнее. С кислинкой. Если не хотите, отдайте кому-нибудь, — в голосе проскальзывает обида. — Какие указания будут на сегодняшний день?

Я спешу перевести тему разговора. Потому что очень тяжело не думать о боссе совершенно в неприличном ключе.

— Проверь график встреч, подкорректируй его. Запиши меня завтра на стрижку, пожалуйста. И мне нужен новый костюм. Завтра вечером будет симпозиум. Себе платье подбери подходящего к моему костюму оттенка. Завтра ты будешь моей спутницей.

Я киваю. Сил на то, чтобы задавать вопросы нет. В груди кипит буря чувств. Тяга к этому мужчине возросла до немыслимых размеров. И если раньше я могла ещё спокойно находиться рядом и не обращать внимания на его закрытость и отстранённость, то сейчас это кажется просто нереальным. Мне хочется схватить его за плечи, встряхнуть, потребовать, чтобы он вновь смотрел так жадно, как в номере отеля.

— Пока всё.

Я снова киваю и покидаю кабинет на дрожащих от напряжения ногах. А чего ты хотела, Мира? Что он жениться предложит после одного поцелуя? Или набросится с объятиями?

Я падаю на своё рабочее место, пытаюсь вникнуть в работу. Но понимаю, что строки плывут перед глазами, а пальцы дрожат. Я встаю из-за стола, чтобы сделать себе кофе, когда в приёмную вплывает девушка. Безумно красивая и ухоженная. Чёрные волосы, голубые глаза, пухлые губы и идеальная фигура, подчёркнутая обтягивающим платьем.

— Доброе утро, чем я могу Вам помочь?

— Здрасте. Я пришла к мужу.

— К кому? Уточните, пожалуйста.

— К Стёпе, к кому ещё? — девушка раздражённо закатывает глаза.

Мира

— Женщина, Вы, наверное, ошиблись, — натянуто улыбаюсь я. — Мой босс не женат.

— Я его жена, — она вскидывает руку и демонстрирует кольцо на пальце. — Уже четыре года. Отойди с дороги.

Я настолько растеряна, что не сопротивляюсь, когда она бесцеремонно и больно толкает меня в плечо. Я отступаю в сторону, а девушка открывает дверь в кабинет моего босса.

— Стёпочка, сладкий мой, а вот и я приехала, — полный патоки голос женщины бьёт в уши.

Моё сердце болезненно сжимается и проваливается в желудок, чтобы начать там биться в мучительных спазмах. К горлу подкатывает тошнота, перед глазами темнеет. Я закрываю рот ладонями и бегу в туалет, где меня тошнит.

Зачем он мне солгал? Зачем сказал, что вдовец? Я же дала волю своим чувствам. Позволила себе полюбить.

Из груди вырываются полные боли и разочарования всхлипы. Я не могу вдохнуть воздух полной грудью. Только хнычу.

— Простите, Вам плохо? — к моему плечу кто-то прикасается.

Я резко поворачиваю заплаканное лицо и обнаруживаю, что дверь в кабинку распахнута. Икаю. Смотрю на симпатичную брюнетку с перепуганными голубыми глазами.

— Да. Очень плохо, — всхлипнув, выдавливаю из себя.

— Я ещё плохо здесь всё знаю, но, может, мне отвести Вас в медпункт? Вы очень бледная. И горячая, — прохладная ладонь касается моего лба.

— Нет. Не нужно, — я отрицательно мотаю головой и пытаюсь улыбнуться. — Спасибо.

Девушка помогает мне подняться с холодного кафеля, придерживая под локти.

— Вас кто-то обидел? — настороженно задаёт вопрос, подводя меня к раковине.

— Скорее, я сама себя обидела, — я горько улыбаюсь собственному отражению. — Поверила в то, чего быть просто не может.

Девушка протягивает мне влажные салфетки.

— Спасибо большое, — я снова пытаюсь улыбнуться, но уголки губ упрямо ползут вниз.

Пытаюсь стереть потёки туши, но лишь размазываю макияж по лицу. От этого слёзы новым потоком текут из глаз. Я так хотела сегодня быть красивой для Калинина.