С брезгливостью переступаю через тело. Поделом. Лишь бы зверьё не отравилось этой заразой. К машине иду стремительно, почти бегу. Значит, трое амбалов. Наверняка при оружии.

Посмотрим, что смогу сделать в такой ситуации. Давлю в газ, выворачиваю на главную дорогу. На трассе скорость переваливает за сотку. Нормально, должен успеть. На сердце становится более-менее спокойно. Не могу объяснить причину.

Точно заберу Веронику. Пусть даже будет возмущаться и ругаться. Хотя, в силу характера и обстоятельств, вряд-ли она на такое способна. Если понадобится, силой в машину посажу.

Сначала поедем в убежище, а потом вернёмся в город. В свою квартиру её увезу, будет в безопасности. Конечно, пугать Веронику не хочу. Но она в любом случае будет напугана.

Да о чём говорить, даже если при виде меня у неё испуганно тряслись колени. Нет, хочу, чтобы она извивалась по другому поводу.

Встряхиваю головой. Да твою мать! Нашёл время!..

Серые жигули догоняю быстро. Единственная машина, других нет. Ещё бы, местность почти дикая. К тому же, ночь на дворе. Что же, это мне на руку. Не будет лишних свидетелей, не придётся заметать следы.

Разминаю шею. Иду на обгон, а когда мы ровняемся, выворачиваю руль в сторону. Тараню их в бок, из-за чего машина переворачивается и моментально улетает в кювет. Останавливаюсь на обочине.

Из жигулей доносится отборная ругань. Я бы мог узнать, кто их наниматель. Но судьба этих шестёрок мне неинтересна. Впрочем, как и вся их деятельность.

Они же за деньгами ехали. Выбили из должника дом, поехали обратно. Не справились с управлением. Машина вылетела с трассы и загорелась.

Никакого криминала, чистая случайность.

Пока двое из них пытаются выбраться из машины, я ликвидирую каждого по очереди. Ориентируюсь на звук голосов. Впрочем, они быстро стихают.

Хотя, третий амбал оказывается с мозгами. Даже удивительно. Пока я отвлекаюсь на его товарищей, он, по-видимому, тоже достаёт ствол.

Я понимаю это слишком поздно. В темноте ничего не видно, только свет от моих фар немного спасает. Разве что, могу различать очертания.

Вздрагиваю, когда пуля острой болью обжигает плечо. Недовольно цокаю. Слепой олень, меня же на фоне внедорожника легко увидеть. Стреляю в ответ.

Как обычно, попадаю. Чуть заметно морщусь. Сука, на что этот утырок вообще надеялся? Где их только стрелять учат? Жертвую зажигалкой, бросаю в опасной близости от пробитого бензобака.

Машина взрывается, когда я уже вовсю лечу по трассе. Нормально так. Впрочем, боевой опыт не пропьёшь. Хотя, я давно с алкоголем завязал.

С того момента, когда с позором службу покинул. Хотя, я для себя считаю это честью.

Преследовали особо опасного преступника, нужно было ликвидировать его в короткий срок, максимально быстро.

Я не стал. Было слишком много гражданских. Не выполнил приказ, из-за чего меня и уволили. Хотя, мы выслеживали его долго и муторно.

Но как мне сказали после, я упустил шанс, потому потерял и работу, и уважение начальства.

Впрочем, я этого урода выследил сам. Было сложно сделать это в одиночку, оказался смертельно ранен. А потом меня вытащил Рустам. Он тоже со своими парнями открыл охоту на того ублюдка.

Будучи в больнице, я как-то разочаровался в своей силовой структуре. Всё равно ещё одна звезда упала на погоны моего бывшего начальника за "особые" заслуги.

Так что, на службу после выздоровления я не вернулся. Рустам предложил мне место в своей группировке. Хотя, он с самого начала знал, кто я такой. Приглашение я принял, к собственному удивлению.

Вот и получилось, что те, кого мы выслеживали с бывшими коллегами в своё время, стали мне новыми друзьями.

Иронично, конечно, что я когда-то копал под Буйного. А после, он вытащил меня с того света. Пойди разбери теперь, где эта мнимая справедливость.

Плечо неприятно ноет. Нужно попытаться самому вытащить пулю. И холодной водой кровь отстирать с рубашки. Да, можно считать, что почти легко отделался. Могло бы быть ещё хуже.

Оставляю машину за забором. Надеюсь, девушки спят. Не хочу их перепугать своим внешним видом.

Ага, как же. На что вообще надеялся?

Вероника выскальзывает на крыльцо с огарком свечи. Вынуждает меня подойти ближе, чтобы успокоить и отправить обратно в дом. Не на что тут смотреть, спать в такое время надо.

— Ой!.. — широко распахивает глаза. — У тебя кровь!..

— Да, — пытаюсь сдержать смешок. — Она самая. Вероника Николаевна, идите в дом. Я сам справлюсь.

— Нет... — она отрицательно качает головой. Испуганно жмурится. — Я могу помочь... Я же фельдшеру помогаю... Только поищу аптечку... Мне дали всякий случай...