— Понял. Жду.

Сбрасываю звонок. На лице невольно расплывается хищный оскал. Сука, да. Попался, мразь. Правая рука Одичалого, его главный приспешник. Скрывается умело, может залечь на дно в очень короткие сроки.

Но где Шакалов, а где мои парни? Кир может и не такое. Любую тварь из-под земли достанет. Не зря он занимает должность начальника охраны уже много лет.

Спускаюсь в подвал. Тут у меня имеется комната для допросов. Здесь проводятся беседы с несговорчивыми гостями. Имеется всё необходимое, чтобы развязать языки и добыть нужные данные.

Семён, чтоб его, когда-то давно внёс сюда свою лепту. Мент, что с него взять. Почти что настоящая камера пыток получилась. С немыслимым количеством всевозможных приспособлений.

От ножей, до пыточного кресла. Ну, ещё имеются цепи для четвертования. Жаль, что пользуемся ими редко. Обычно гости становятся более сговорчивыми уже после того, как иглы под ногти им вогнать.

Вваливаюсь в помещение, громко хлопаю дверью. Гор даже бровью не ведёт, чуть потряхивает банку открытого пива. Зато Семён морщится, поднимает голову. Смотрит на меня с прищуром, пытается уловить моё состояние.

Я не виню его, нет. Кто знал, что такая хуйня произойдёт? Ладно, хоть сам выжил. Бошка пострадала, да. Только лёгким сотрясением отделался, ещё и девку вытащил из-под обломков.

Блять, даже Бобик себе хвост не прищемил. Чудо, не иначе. Хотя, я давно не верю в чудеса. Никогда не верил, если уж на то пошло.

— Шакалова нашли, — в предвкушении потираю ладони. — Пизда, отсюда он живым не выйдет. Кстати, как эта деваха? Куда ты сказал её дел?

— Отвёз в закрытую клинику, — Семён хитро улыбается. — Она не сильно пострадала, но пусть лучше побудет под присмотром врачей. Рекс с ней же.

— А что Мятежный? — рассеяно киваю в ответ. Поправляю на кресле кожаные ремни.

— Ты чё? — Гор недовольно приоткрывает глаза. — С Градовым же уехал. Алё, Буйный, очнись. Ты сказал его не вмешивать.

— Я помню, — срываюсь на грозный рык. — Блять, Гор. Как ты заебал, выкинь нахуй своё пиво.

— Нет! — бубнит в ответ. — Пиво - моё всё.

Не успеваю ответить. Мои парни силой затаскивают Шакалова в пыточную. Тот выглядит так, как будто его пиздили втроём. Хотя, зная своих ребят, даже не удивлюсь. Они у меня дикие, могут силу и не рассчитать.

— Шакал, — едва сдерживаюсь, чтобы не разъебать его одним ударом в висок прямо насмерть. — Сукин сын, советую тебе быть сговорчивым.

— Ты кто, блять?! — шипит на меня разбитыми губами. Дёргается, когда ребята его пристёгивают к креслу. — Ты знаешь, на кого я работаю? Один косой взгляд в мою сторону, и он тебя в порошок сотрёт!..

— Ты еблан? — Гор озадаченно разглядывает взбешённого Шакалова. Насмешливо хвастается. — Перед тобой Буйный. И ему похуй, кто там твой хозяин. Уже вся инфа давно известна, на кого ты работаешь, шавка.

— Буйный?.. — Шакал как-то в один момент теряет весь свой энтузиазм. Голову в плечи вжимает, пытается скрыть страх, отчётливо заметный в его глазах. Но ещё пытается что-то вякать. — Похуй... Я слышал о тебе, но не впечатлился, не надейся...

— Так я впечатлю.

Выверенный удар в сломанную челюсть заставляет его громко завыть. Он дёргается, колотит ногами по полу, не взирая на ремни.

Трясётся. От боли, или страха, хуй поймёшь.

Лицо перекрывают гематомы и уродливые ссадины. Нос неестественно выгнут, кровь из разбитых бровей заливает глаза. Он шипит что-то нечленораздельное и тут же затыкается.

Я поудобнее перехватываю в ладони нож с позолоченной рукоятью.

— Вскрою, — предупреждаю тихо, но грозно. — От подбородка, до хуя. Не теряй моё время, оно очень дорого стоит.

— Не знаю... Ничего... — голос начинает дрожать. Шакалов явно напуган. — Не знаю ничего про твою девку!..

— А Буйный про неё ничего не говорил, — Гора, видимо, забавляет ситуация. — Ты сам только что сказал, шавка. Уважь, побыстрее вспомни. Иначе, реально вскроет.

Я с размаху опускаю нож на подлокотник. Слышится звук рвущейся плоти и тихий хруст кости. Мизинец остаётся лежать отдельно от руки. Блять, вынудил, тварь.

— Всё скажу!.. — Шакалов воет и скулит. Громко так, оглушающе. Как тёлка. Из глаз льются слёзы. — Всё скажу, клянусь!

— Ого, — Гор удивлённо присвистывает. — Ты чё, уже всё? После одного отрубленного пальца решил сдать с потрохами своего хозяина?

Я бросаю на Гора предупреждающий взгляд. Он лишь нагло хохочет и замолкает.

— Сука... — Шакалов трясётся. — Лучше палец... Чем вскроет... Отбитый урод...