Поэтому в последние дни я заменила бег для снятия стресса на занятия боксом, и по этой же причине О' включил свою «страховочную сеть».

План был прост: там, где находился Бакер, не могла появляться я. Поэтому пока он проводил первые несколько дней на поле, отрабатывая схемы и просматривая предсезонные игры в окружении координаторов и тренеров, меня отправили в примерочную; когда Бо заходил в примерочную, О' отправлял меня выполнять поручения для команды.

В общем, ни ринга, ни боя.

Однако нейтральная территория заканчивалась, нам предстояло совершить первое путешествие для выездной игры, так что шансы оказаться вдали от него практически исчезли.

Перед отъездом О' изложил команде стилистов план атаки на сезон, дал тысячу рекомендаций и назначил каждому из нас группу игроков. В моём ведении были двенадцать новичков и одна звезда — капитан Ravens, — Ламар.

Будет легко? Нет, но у меня не было выбора, и я справлюсь.

Сразу после обеденного перерыва, перед тем как мы двинулись в аэропорт, капитан появился в примерочной. Я любила Ламара, он был главной опорой команды на поле и вне его. В раздевалке ни одно полотенце не сдвигалось с места без его ведома, и я была уверена, что каждое решение о покупке или трансфере в рамках франшизы всегда одобрялось им.

— Ребята, готовы к сезону? — начал он в своей обычной взрывной манере.

— Как пылесос в пустыне, — пробормотал мой босс, приглушив ему энтузиазм.

— Что случилось, малыш Оскар?

— Тебе не разрешается называть меня полным именем.

— Когда ты дашь мне эту привилегию?

— Когда ты сбросишь свои трусики перед моим либидо, что я категорически исключаю, поскольку ты не в моём вкусе.

Я хихикнула, потому что мне нравились их препирательства.

— Не буду обращать внимания на твой плохой вкус в отношении мужчин, Оскар. Энни сказала нам, что мы должны сотрудничать, и я прилагаю усилия.

— О, Энни! Капитан, что ты думаешь об этом новом приобретении?

— Она милая и выкладывается на полную, хотя ни черта не понимает в футболе. Что скажешь? — О' повернулся ко мне, и я улыбнулась ему. — Нет, я не хочу знать. Эти злобные ухмылки на ваших с Пенни лицах не предвещают ничего хорошего.

— На самом деле, неважно. В этом месяце у тебя будет не меньше пяти официальных выходов, так что мы подготовили несколько образов. Пенни зайдёт к тебе на неделе для примерки.

— Для интервью с каналом NFL я хочу выглядеть великолепно, — заявил Ламар, подходя к вешалке и перебирая комбинации. — Эй, ты же не собираешься снова надеть на меня одежду банкира?

— Если хочешь, есть ещё замечательная рубашка из армированного хлопка, которая застёгивается сзади; не волнуйся, в ней неудобно только первые пять минут.

— Не надо шутить над моими чувствами, Оскар.

— Перестань называть меня Оскаром и перестань просить разрешения носить вещи со стразами! Никаких стразов, Ламар, это не эпизод «Продажи с видом на закат»! Синель — нет, золото — нет, бархат — нет! Ты даже не на показе Balenciaga, так что скотч вокруг ног и виниловые маски тоже не подойдут.

— Вы скучные! Я буду хорошим только потому, что у тебя здесь мой самый главный поклонник, — ответил Ламар, подходя ко мне и даря одну из своих подхалимских улыбок. —Пенни, Пенни... ходят слухи, что ты и мой ресивер ненавидите друг друга.

— Твой ресивер?

— Я капитан этой команды, и он тот, кому я бросаю мяч, так что он мой, а ты не ответила.

Я покачала головой.

— Я не ненавижу его, он просто мудак.

— Я докопаюсь до сути. И, Пенни, не взбудораживай парня, у меня такое впечатление, что он не привык, чтобы женщина так его трясла.

— Никакой встряски, обещаю.

Приготовив одежду для переодеваний, мы сели в частный самолёт и отправились на стадион Allegiant в Лас-Вегасе. Даже тогда мне удалось избежать встречи с Бо, поскольку игроки расположились в первых рядах, а мы в задних. Оказавшись в отеле и потратив день на смягчение последствий смены часовых поясов, мы приступили к испытанию огнём.

На играх вдали от дома проверка внешнего вида проходила в номерах игроков, как О' объяснил Милашке Би.

Закончив с новичками, я постучалась в дверь Ламара.

И даже не нарочно, я оказалась перед Бо.

— Сосунок, это моя Пенни, пропусти её. Секунда, и я буду с ней, — услышала я крик капитана. Я остановилась у входа в номер, прислонилась к стене и больше не сделала ни шагу, поскольку никто не приглашал меня пройти дальше. Бо встал прямо передо мной, словно хотел защитить их пространство. Он смотрел на меня так же, как в детстве: в своей раздражающей манере молчаливого наблюдения за окружающими.

— Ты держишь меня под пристальным наблюдением, потому как боишься, что я украду что-нибудь из вашего номера? — спровоцировала его, послав спокойствие к чертям.