Но это так опасно… Я терялся между желанием отругать ее и… пожалеть. А потом — убить всех этих людей, вынудивших слабую хрупкую девушку ходить на границу!

— Ты уверена, Яся? Уверена, что видела именно двоедушника? Может, кто-то пошутил? Двоедушники очень редкие...

Она потупила взгляд, но голос прозвучал твердо:

— Я уверена. Это был двоедушник... Ты... веришь мне?

Яся подняла глаза, и я тут же кивнул. Она словно выдохнула все напряжение, что в ней копилось.

— Тогда все сходится, — сказал я. — Абсолютно все! И пропажи сослуживцев, и... драконов! Эти хитрые твари...

Я вздохнул, стараясь успокоиться, но кулаки сжимались сами собой. Потом посмотрел на Ясю — она все еще стояла в углу, будто готовая в любой момент сорваться с места. Я был слишком резок.

— Яся, пойми, я... я просто беспокоюсь о тебе. Ты должна держаться подальше от границы. Особенно сейчас! Если в вашем селе завелся двоедушник, ты даже не представляешь, на что он способен!

— Я не уверена, что он из нашего села... Может, из соседнего, — тихо сказала она. И добавила тверже: — Но я точно уверена, что это был двоедушник.

Я снова кивнул — это было логично, словно недостающий кусок встал на свое место.

— Ты говорила кому-нибудь еще?

Яся отрицательно качнула головой.

— Умница, — сразу же сказал я. — Никому нельзя говорить.

— Но... разве не наоборот? Не нужно предупредить?

— У нас есть правило: если знаешь, что в селе двоедушник, — молчи. Обычно эти твари врастают в общину так, что никогда не угадаешь, кто из соседей — чудовище. Но стоит ему почувствовать опасность... Он начинает метаться. Менять личины, воздействовать на разум, насылать болезни. Понимаешь? Он сделает все, чтобы устранить угрозу. А любой, кто знает о нем, — уже угроза.

Яся кивнула, но я видел, как она внутренне сжалась.

— К тому же иногда они заводят фамильяров, Яся. Маленьких зверьков, в которых никогда не распознаешь пособника. Эти твари кружат по селу... Услышат хоть слово — хозяин тут же узнает.

Казалось, бледнее ей уже не стать, но я готов был поклясться — от страха из Яси ушла последняя кровь. Она едва стояла.

— Тебе нечего бояться, Яся. Я смогу тебя защитить!

Но она даже головы не подняла, лишь кивнула, глядя в пол. Этого было недостаточно.

Я сделал шаг вперед, и Яся инстинктивно отшатнулась, но за спиной у нее была стена. Бежать было некуда. Она подняла голову, и мы столкнулись взглядами. Каждый раз, когда я видел эти ее зеленые глаза, в голове все путалось, а сердце начинало биться чаще...

— Я клянусь тебе, — сказал я искренне, глядя прямо в ее глаза. — Я никому не позволю тебя обидеть. Ты веришь мне?

Она выглядела растерянной, даже слегка приоткрыла губы, и ее губы… Я еле сдержался, чтобы не прикоснуться, хотя бы подушечкой пальца…

— Верю, — тихо ответила она.

Я улыбнулся, и Яся впервые за весь разговор слабо улыбнулась в ответ. Бедная, как же она напугана! Но эта тварь не посмеет к ней прикоснуться. Теперь, когда я знаю причину, смогу ее вычислить.

И в голове тут же созрел план. Пусть простой, но все же... Я сделал несколько шагов назад и взглянул на мешки. Там должно быть все для письма…

— Кайл?

— Яся, накладывай пока рыбу, а я... напишу письмо, — вытащил чернила, перо и бумагу.

Начеркал всего пару строк.

— Ты в дивизион пишешь? — спросила Яся, ее голос дрогнул от страха.

Ну ничего, скоро я поймаю его! И Ярославе больше будет нечего бояться!

— Да, — ответил я, запечатывая конверт с азартом, знакомым лишь перед охотой. — Это, Яся, поможет нам понять, есть ли здесь двоедушник! Обещаю, если он в нашем селе, жить ему осталось совсем недолго.

Яся

«Светлая Лада, что же я наделала?»

Кайл расхваливал рыбу, но мои мысли витали далеко от ужина. Дракон снова и снова повторял, что мне не стоит бояться двоедушника и что он непременно защитит меня...