Главное — чтобы на все хватило времени. Еще и эта девушка со странным именем, что пыталась применить на меня женские чары. Только потратила мое драгоценное время!

Я всегда с уважением относился к женщинам, но крайне не любил, когда они ведут себя чересчур настойчиво. А эта… такая назойливая.

— Кажется, приглянулись вы, генерал, дочке нашего Прокофия, завидная невеста! — сказал Михаил.

— Есть у меня уже… невеста, — буркнул я.

И я совсем не хотел, чтобы Яся подумала, будто я хоть как-то могу быть связан с дочкой главы села. Надеюсь, мне удалось это показать.

— Красивая она девка, — присвистнул Некрас.

Красивая? Обычная женщина.

Красивой может быть только своя женщина. Ведь в любой можно найти что-то привлекательное. Но только своя цепляет всем, она особенная, она прекрасна прежде всего душой.

— Лучше скажи, как тут почта ходит, — перевел я разговор в другое, более важное русло.

Из разговора с мужиками я узнал, что почта здесь работает с перебоями. Виной тому — горы.

— Но сейчас горы милостивы, генерал, авось и дойдет письмецо! Как богам будет угодно! — бросил Некрасов.

Значит, сегодня же напишу письмо и со скрепящим сердцем отправлю. Нужно дать знать в дивизион, что я в порядке. Иначе через пару недель объявят о моей пропаже, и весть дойдет до семьи. Этого допустить нельзя.

Да и пора уже разобраться, какая чертовщина творится на границе. Почему пропадают солдаты.

Рабочий день закончился. Я покормил напоследок Ворона и вернулся к Ясе. Тем более я купил у Некраса кое-что уникальное. Оказалось, он ловко обращается с деревом, и соорудил на продажу огромное деревянное корыто.

Я тут же представил, как приготовлю для Ярославы ванну. Это ведь такое удовольствие, которое она точно должна оценить!

Конечно, мой маленький ежик воспринял все как обычно, но, кажется, я все же нашел к ней подход. И она согласилась, хотя бы опробовать мое приобретение.

В ванной Яся наконец расслабилась. Ее голос звучал иначе, на щеках проступил румянец, а на губах появилась улыбка. А какая она была… красавица! Длинные золотые волосы были распущены и струились по плечам. Они полностью преобразили ее строгий облик. Вместо суровой знахарки передо мной сияла нежная красавица. Готов поклясться: родись Яся в знатной семье, она бы стала самой завидной невестой во всем городе.

Мне казалось, все идет хорошо. Но… вдруг что-то изменилось. В глазах Яси мелькнул… страх?

Я даже не понял, что сказал не так. Она уронила рыбу, ее руки задрожали, и она то и дело пыталась отодвинуться подальше. Даже ворон раскаркался, словно чуял недоброе. А потом она произнесла нечто такое, от чего у меня кровь застыла в жилах.

— Я... кажется, видела двоедушника. На границе. Когда грибы собирала.

— Что ты делала на границе? — вырвалось у меня первым. Яся потупила взгляд.

— Грибы... Я же сказала. А потом... Он. Я видела страшное лицо, а потом человеческое... И он был в плаще... Потом убежал… Я даже не поняла, мужчина это или женщина… Все скрывал плащ. Но лицо изменилось… Так быстро!

Она говорила сбивчиво, глядя в пол, а у меня с каждым словом замирало сердце. Когда она замолчала и наконец посмотрела на меня, в ее глазах читался немой вопрос.

— Яся, нельзя ходить на границу! Там ничего нельзя собирать! Мало ли что отравлено Чернью...

— Ты меня вообще слушал? Я говорю, что видела двоедушника, Кайл! Разве это не важнее?

Сжав маленькие кулачки, произнесла она.

— Важнее то, что ты могла погибнуть, Ярослава! Важнее, что могла отравиться! Что на тебя мог напасть зверь или какая-нибудь вырвавшаяся нечисть, или...

Меня озарила догадка, и я замер. Яся тоже молчала, ее пальцы бессознательно теребили ночную рубашку.

— Ярослава... а где... где ты меня нашла?

Она побелела, как первый зимний снег.

— На... на границе, — прошептала она.

Я закрыл глаза, чувствуя, как по спине пробежала холодная волна. Конечно, она ходила на границу!

Ведь она не брала денег за лечение. Ей было нужно как-то выживать. Она собирала… грибы!