Шрифт:
А ведь Трафт об этом давно знает, — подумала она. И, закрыв глаза, вновь задумалась об увиденном в той комнате.
К телам этой троицы подходило сразу несколько живых шлангов, один в ротовую полость, второй для выполнения естественных надобностей, а вот третий прямо к средоточью.
Всё дело в том, что у них не было средоточья, вернее, оно было, но на уровне начальной закалки, не доходящей даже до красного уровня. Вот только за два дня наблюдений оно значительно выросло, преодолев свой первый барьер по пути радуги.
Стало окончательно понятно, что ожидает людей на этой планете. Не сегодня, да и не завтра, и наверняка не всех. Альфы работают во всех направлениях, в том числе и людей разбирают на органы.
Родной «Корень» у тех несчастных был извлечён, и с помощью ядер и разных эликсиров начался процесс выращивания нового. Ведь тело и вся структура были уже подготовлены к «Корню» жёлтой закалки. Но наверняка эта процедура конечна, и в какой-то момент всё это тело разберут на запчасти, а на его место ляжет новое.
Боже мой, во что же Земля ввязалась, перед тем как заснуть, подумала Амита.
Глава 7
В сам городок мы не полетели, зависнув километрах в пяти от его стен. Оставив на борту вахтенного, мы благополучно отбились и спокойно проспали до самого утра.
С рассветом обнаружили летающий рядом аэростат с корзинкой. Из него нас разглядывал в трубу какой-то человек. Но заметив, что мы все проснулись, бодро подался в сторону города.
Ну а я вспомнил, какую встречу устроили Жорику в столице мои девушки.
Зависнув перед окнами нашей столовой, где они как раз обедали, он покрутил корзиной. Что-либо объяснять им было не нужно, они ещё помнили экспресс-доставку тортика под сени Великого дерева.
Ну а потом были писки, визги и, конечно, лечение. Меня немного смущала одна неуёмная девчонка, что не отходила от тигрят ни на шаг, но, похоже, это даже и к лучшему. Мы прекрасно с Олегом понимали, что у нас нет ни единого шанса заиметь себе такое чудо, по крайней мере, не в ближайшее время. Ну а пока…
Жорик уже вернулся обратно и сейчас кружил над нами, как всегда со шлейфом прилипал в виде местных диких «ЭВов». Его мы оставили на охране нашего имущества.
А пока особо ничего мудрить не стали. Мы всё оставили как есть, решив не подвергать наш груз и судно опасности быть сбитыми или просто конфискованными. Поэтому, оставив трезвому до неприличия Глебу Геннадьевичу кучу разных распоряжений, бегом помчались с Олегом в город.
Ещё в промзоне мы влились в ряды шагающих в разных направлениях рабочих и без всяких проблем вошли в открытые ворота города. Наш путь лежал в дом к сестре Перегудова. Никто не обращал на нас никакого внимания, и мы спокойно дошли до самой калитки, где нас уже ждали.
Два бравых война выскочили из дома и направили оружие в нашу сторону. Следом за ними появился импозантный мужчина, одетый в строгий костюм и даже галстук. Широко улыбаясь, он вышел на улицу и, протянув руку, представился.
— Пинчук Леонид Аскольдович. Начальник департамента городского хозяйства, а если по-простому, то мэр этого города, — небрежно смахнув пылинку с рукава, он продолжил.
— У нас накопилось изрядное количество вопросов по поводу вашего поведения. В связи с этим, я уполномочен советом пригласить вас на неполное заседание, где заинтересованные лица желают получить ответы.
Выдав эту пространную речь, он пригласительным жестом указал направление и, не задерживаясь, пошагал вперёд, даже ничуть не сомневаясь, что мы последуем следом.
И мы действительно пошли. Однако прежде Олег разоружил горе-воинов, а их самих отправил в кустики, чисто поспать. Притом он забрал у них всё, что могло стрелять, разгрузки, да и патроны тоже. Ну а я блинканул к дому Людмилы. Пробежав по комнатам, не нашёл там ни её саму, да и никаких посылок тоже не было.
Спустя минуту мы послушно вышагивали чуть позади этого франта.
Удивительно, но, видимо, его Альтер-эго было столь велико, что он ни разу так и не обернулся посмотреть, идём ли мы следом. И так вплоть до самого кабинета, в котором мы уже вчера бывали.
Войдя первым, он прошёл к столу и молча уселся, став пятым лицом среди собравшихся в этом помещении, не считая нас с Олегом.
В уголочке ютилась заплаканная Людмила, а за самим столом сидели: Профессор, Иван Перегудов и, по-видимому, главный по охране и прочей безопасности. Просто его кожаный наряд с головой выдавал в нём высшего офицера Ордена.