Меня проводят в мою комнату, целую комнату, только для меня одной. У меня есть настоящая кровать с мягким матрасом, а не плетеный мат на полу, и деревянный сундук для всех моих вещей. На узком столе стоит миска и кувшин, а за ним — маленькое зеркало.

У меня никогда раньше не было собственного уголка, и я почти не знаю, что с ним делать. На второй день в замке мне подгоняют форму с гербом Эплшилд на груди, и на третий день я с гордостью надеваю ее.

Сильное чувство, что я самозванка среди этих стражников, постепенно улетучивается, так как я каждое утро тренируюсь вместе с ними и не уступаю им.

Каждый раз, когда мы выстраиваемся в ряды на утрамбованной земле тренировочного поля прямо за стенами замка и Ронан приходит, чтобы провести с нами утреннюю тренировку, у меня скручивает живот. Я почти забыла, что в первую очередь он является капитаном гвардии Протектората.

Прошла неделя, и эти тренировки были единственными моментами, когда я его видела.

Тепло раннего весеннего солнца падает на нас, и на моем лбу начинают появляться капли пота. Я держу в руке тупой меч, ожидая в конце ряда начала тренировки. Не знаю, привыкну ли я когда-нибудь к его весу.

Ронан занимает свое обычное место, стоя лицом к рядам гвардейцев, но это утро он начинает с того, что снимает рубашку. У меня перехватывает дыхание. Он далеко не единственный мужчина без рубашки здесь, но он единственный, кого я хочу видеть.

Его грудь — настоящее произведение искусства: стройная и мускулистая, с идеально сформированными грудными мышцами и двумя рядами прекрасно очерченных кубиков пресса. Его руки и плечи покрыты рельефными мышцами.

Я не могу отвести взгляд от этого потрясающего зрелища, клянусь, в обоих мирах нет ничего прекраснее. Ронан начинает выполнять упражнения. Он делает выпады, парирует удары, машет мечом над головой, затем опускает его вниз, быстро перемещая ноги в такт завораживающему танцу. С каждым мощным движением его мышцы перекатываются под кожей: руки напрягаются, когда он поднимает меч над головой, а грудь и пресс вздрагивают каждый раз, когда он опускает его вниз.

Я теряю ритм.

Не только потому, что не знаю упражнения достаточно хорошо.

Я не могу ясно мыслить, глядя на его тело. Одна серия движений заставляет его повернуться вокруг своей оси, и я мельком вижу линии мышц его обнаженной спины, то, как они растягиваются и напрягаются. Мне становится еще труднее сосредоточиться на упражнениях, когда он начинает потеть, и блеск пота сверкает на его груди. О боги. Я хочу провести по ней пальцами, чтобы узнать, на что она похожа. Или просто лизнуть ее.

Коллективные упражнения заканчиваются слишком быстро, а я задыхаюсь от совсем других причин, когда группа расходится. Ронан быстро распределяет стражников по парам для спарринга, а остальных отправляет бегать или практиковаться в стрельбе из лука по мишеням.

— Что с тобой было утром? — шепчет Кандра, толкая меня локтем. — Тебя что-то отвлекало?

Я бросаю на нее холодный взгляд, но ее темная улыбка только расширяется. Ронан с Имоджен подходит к нам. К моему большому разочарованию, он снова надел рубашку, но закатал рукава до половины, обнажая предплечья, покрытые мускулами и толстыми венами, а рубашку расстегнул до середины груди, обнажая все, что нужно, чтобы я потеряла голову.

— Вы двое будете тренироваться в владении мечом один на один, потому что, честно говоря, у вас обеих была ужасная техника во время упражнений, — Ронан улыбается нам обезоруживающей улыбкой, но его глаза задерживаются на мне. Он заметил мою рассеянность. Интересно, сделал ли он это нарочно.

Я мило улыбаюсь ему и делаю небольшой реверанс.

— Да... милорд. Приношу свои извинения, милорд.

Ронан закрывает глаза и сжимает переносицу.

— Только когда моего отца нет рядом, — он бросает на меня страдальческий взгляд.

Моя улыбка только расширяется.

Ронан глубоко вздыхает.

— Кандра, ты будешь заниматься с Имоджен. Наоми, ты со мной.

В одно мгновение мое веселье исчезает. Последние несколько дней я обменивалась с ним лишь несколькими фразами. Сразу после тренировки он уходит, а во время нее все хотят пообщаться со своим капитаном.

— Покажи мне свою боевую стойку, — приказывает Ронан.

Я расставляю ноги, распределяя вес на них, и крепко держу тренировочный меч в обеих руках. По правде говоря, я понятия не имею, как обращаться с мечом.

Ронан медленно обходит меня кругом, изучая каждую точку моей стойки. Он слегка пинает меня по внутренней стороне ноги.

— Расставь ноги пошире, — говорит он, и мне на ум приходит сотня дерзких ответов, но я молчу.

Он обходит меня во второй раз.

— Расслабь плечи, — Ронан встает позади меня, так близко, что я чувствую его дыхание на шее, поправляет мои плечи и мягко поднимает локти. — И держи меч выше.

Боже, как бы я хотела вернуться назад и снова оказаться на той лошади вместе с ним.