В этом месте не было колонн или волшебных дверей. Только вязь на полу да застывший у одной из стен драгоценный трон. И эта «пустота» казалась опасной.

Гроб, качающийся на цепях, остался позади, но я всё равно ощущал липкую черноту, исходящую от него. А ещё, когда от него удалялся, почувствовал что-то вроде отголоска злости и разочарования. Хотя, может, это мои нервы расшалились.

Пройдя по чёрным камням, я оказался рядом с троном и остановился, вглядываясь в детали, которые были незаметны в астральном зрении.

Нефрит, из которого был изготовлен трон, казался поистине безупречным — ни единой трещины, ни малейшего изъяна. Зелёный камень переливался в звёздном свете магических светильников, создавая иллюзию глубины, словно трон был вырезан не из твёрдого материала, а из застывшей воды. Спинка возвышалась более чем на два метра, подлокотники были широкими и массивными, само сиденье выглядело на удивление удобным, несмотря на то что было вырезано из камня.

Красиво. Но всё моё внимание сосредоточилось на двух деталях. В правом подлокотнике трона была врезана каменная чаша, а на левом лежал обсидиановый нож.

Роста Бин Жоу было достаточно, чтобы, не садясь на трон, заглянуть в чашу.

Небольшая, размером с две сложенные ладони, но явно сделанная с той же тщательностью, что и всё остальное в этом месте. Чаша была вырезана прямо в нефрите, углубление идеально круглое и гладкое, а стенки отполированы до блеска. Это явно не было добавлено позже. Чаша была частью трона, задумана и вырезана одновременно с ним. А на самом дне чаши, впаянная в нефрит, покоился кусок металла правильной формы.

Металлическая пластина размером с крупную монету. Тот же красно-золотой металл, что и прожилки в метеорите. Она была покрыта мелкими петроглифами, настолько тонко выгравированными, что мне пришлось наклониться совсем близко, чтобы разглядеть. Символы кружились вокруг центра пластины по спирали, уходя всё глубже и глубже к сердцевине, где в самом центре виднелся один-единственный знак.

Звезда.

Я не мог прочесть петроглифы. Не понимал ни одного символа. Но, глядя на них, в моё сознание словно стучался некий отголосок смысла. Эхо послания, оставленного здесь давным-давно.

По краю чаши тянулась надпись. Более крупные петроглифы, вырезанные аккуратными рядами, образуя кольцо вокруг углубления. Медленно, следуя наитию, провёл пальцами по резьбе, ощущая под подушечками холодный гладкий камень. От резьбы исходила лёгкая вибрация, настолько слабая, что, если бы не обострённые чувства, я бы её и не почувствовал.

Сосредоточившись, позволил астральной энергии течь через кончики пальцев, касающиеся надписи. Пытаясь уловить смысл, запечатанный в древних символах.

Надпись заговорила — не голосом или звуком. Скорее, это было больше похоже на то, что в моё сознание кто-то записал некое знание. Быть может, не дословно, но его суть звучала так:

«Истинный потомок Звёздных Владык, наполни чашу водой жизни, возьми ключ. Открой Арсенал и верни величие нашего рода!»

Вода жизни. Я выпрямился, медленно отнимая руку от надписи. Размышляя над значением этой фразы. Вода из какого-то священного источника? Эликсир, хранящийся где-то в этой гробнице? Роса с мифических цветов? Или…

Взгляд упал на тыльную сторону моей ладони, где всё ещё виднелись бледные шрамы от старых ран. Царапины, ожоги, следы клинков. Кожа голема заживала быстро, но память о боли оставалась. Да и обсидиановый нож на левом подлокотнике лежит явно не просто так…

Вода жизни — это кровь. Аллегория предельно ясна.

Конечно. Это имело смысл. Проверка родословной. Принц, который вещал про Небесный Арсенал, назвал меня потомком. Дракон у входа заглянул в мою душу, оценил, что я действительно имею сродство с астральной магией, но этого было недостаточно. Чтобы жадные потомки жрецов не вернулись и не украли то, что принадлежит Звёздным Владыкам, нужно доказать кровное родство. Показать, что в моих жилах течёт кровь Звёздных Владык.

Только истинный потомок древней династии, наполнив чашу своей кровью, мог взять лежащий на дне чаши ключ и получить доступ к загадочному Арсеналу.

Аналог генетического теста, только основанный не на научных достижениях, а на магии Крови.

Мои губы скривила едкая улыбка. Вода жизни. Кровь потомка Звёздных Владык. Всё это звучало красиво и логично, если бы не одно маленькое «но». Я не был потомком Звёздных Владык. Ни я в смысле духовном, ни в смысле тела Бин Жоу.

Шанс на то, что в жилах этого тела течёт кровь, нужная для активации ключа, был примерно такой же, как вероятность того, что я внезапно превращусь в настоящего дракона и улечу отсюда.

Арсенал царства, способного на головы врагов призывать метеоритный дождь, — это, конечно, очень заманчиво, только «генетический тест» с вероятностью один к миллиарду мне не пройти.

Но даже если бы у меня и были сомнения, даже если бы теплилась крошечная надежда, что создатели голема случайно выбрали правильное тело, я бы не стал проливать кровь здесь. Не рядом с этим гробом.

Взгляд невольно скользнул в сторону каменного саркофага, качающегося на массивных цепях. Тьма вокруг него клубилась, пульсировала, словно живое существо, дремлющее в ожидании. И я прекрасно помнил байки кочевников, которые они рассказывали у ночных костров. Байки о том, что мертвецы чувствуют кровь. Что она привлекает их сильнее всего остального в этом мире. Что один запах свежей крови может разбудить даже того, кто спал века.