Но всё же по какой-то причине призрачная запись была уверена в произнесённых словах. Возможно, я был прав в своих мыслях, и в древнем царстве только представители правящей династии обладали талантом к Астралу. И, проявив такой талант во время прохождения ловушек и испытаний, я, по мнению того, кто возвёл эту усыпальницу, не мог быть никем иным, как потомком захороненного здесь принца.

Мои мысли метнулись к воспоминаниям о главе каравана, с которым по Небесной Империи путешествовал Бин Жоу. Тот считал себя магом Астрала и очень гордился этим. Но если вспомнить подробности, то всё, что он умел, — это применять около семи астральных техник, которые заучил. И, как я теперь понимаю, ни о каком врождённом таланте к этому редкому виду магического искусства, и ни о какой явно выраженной предрасположенности к магии Звезд и Разума в его случае речи не шло.

Глава каравана применял астральные техники как заученный набор неких действий и манипуляций. У меня же всё иначе: меня никто не учил, никто ничего не объяснял, всё, что я делал, было интуитивным пониманием. Я сам создавал свою магию, не пользуясь заученными шаблонами.

Дальнейшее погружение в воспоминания о путешествии с пустынным караваном подсказали, что подобных мне людей невероятно мало.

Практически все практики, перешагнувшие через Вторую Ступень, обладают каким-либо талантом. Но всё, что я слышал, касалось только талантов к стихийной магии, а не астральной. У того же Бин Жоу была ярко выраженная предрасположенность к стихии Дерева. Отсюда, кстати, и его удивительная регенерация, а также почти мгновенное заживление ран.

Что же касается Астральной магии, то с уверенностью, что кто-то обладает талантом в ней, я мог сказать только об одном человеке — это был Старец Пустынных Гор. Тот самый, кто создавал мясных големов.

Ещё на рынке одного из городов слышал историю о некоем монахе, который путешествует по трактам и помогает людям, снимая тёмные проклятия. Говорили, что у него именно талант к Астралу. Но в том городе, в котором я услышал этот рассказ, его видели последний раз десять лет назад. Столь редкие упоминания о талантливых к Звездной магии, косвенно могли подтвердить мои мысли о том, что предрасположенность к Астралу — невероятная редкость.

Редкость, которой в древнем царстве вполне могли обладать только представители правящей династии. Ничем иным такую уверенность призрака в том, что в гробницу мог зайти только представитель династии, я объяснить не могу.

Что же касается меня, то мне кажется, что, проживая свою обычную жизнь на Земле, я сам подобным талантом видимо не обладал. Да, иногда у меня получалось добиться осознанных сновидений, но в том-то и дело, что именно иногда. Даже медитации, я не сказал бы, что давались мне проще, чем другим.

Скорее, дело в том, что я умер, и моя душа, пока загадочный незнакомец не поместил её в тело Бин Жоу, пребывала в некоем посмертии, возможно, в Звёздном Море Душ, в которое верят местные. И именно там, в этом душевном море, моя душа и получила талант к Звёздной магии.

Впрочем, это были только ничем не подтверждённые домыслы, о которых можно было рассуждать часами, а меня ждала открытая дверь.

Стоило мне переступить порог, как дверь за моей спиной бесшумно закрылась, оставив меня наедине с тем, что дракон называл Арсеналом.

Первое, что бросилось в глаза, — это размеры погребального зала. Хотя «зал» — слишком слабое слово для того, что открылось передо мной. Это было пространство, способное вместить целый дворец. Гигантское круглое помещение, от одного края которого до другого было не меньше сотни метров. Десятки массивных колонн поддерживали купол, терявшийся где-то высоко в темноте. Каждая колонна толщиной с древнее дерево и покрыта резьбой — драконы, фениксы, тигры и существа, которым я не знал имён, переплетались в бесконечном танце.

Но самым поразительным был потолок. Я задрал голову и замер, не в силах отвести взгляда. Над моей головой казалось простиралось ночное небо. Это было не изображение, не роспись, а, по впечатлениям, самое настоящее живое небо, что, конечно, не могло быть физически. Словно кто-то сделал гигантский голографический экран, транслирующий то, что творится сейчас снаружи. Звёзды мерцали и пульсировали, а очертания созвездий были слегка подсвечены магической краской, отливающей серебром. Сильнее всего это выделение было заметно на созвездии Небесного Дракона, что был ключом ко входу в гробницу.

Не знаю, сколько я смотрел на это звёздное небо, так меня захватило это зрелище и ощущение того, что от каждой звездочки на этом рукотворном небосводе улавливается своя, особенная энергетика. Какие-то звёзды казались тёплыми и «добрыми», а от других, наоборот, исходил потусторонний холод и ощущение опасности и тревоги.

Иногда, примерно раз в пару минут, по «небосводу» пробегали новые вспышки, существовали какое-то время, а затем исчезали. Вот одна, особенно яркая, привлекла моё внимание, и прежде чем она исчезла, я успел разглядеть у неё «хвост», словно у кометы. От этой временной вспышки явственно чувствовалась исходящая энергетика Разрушения и Огня.