— Я спрошу второй раз, — сказал Магистр. — И если вы мне снова не ответите, то осложнения неминуемо возникнут. Вам-то что за дело до всего этого?

— Через несколько дней Вениамин мне понадобится, — сказал Борден. — Я не хочу, чтобы до этого момента с ним случилось бы какая-нибудь досадная неприятность, вроде дуэли со смертельным исходом. А вы выглядите, как человек, способный такую неприятность доставить.

— Спасибо, — сказал Магистр.

— Не становитесь у меня на пути, — сказал Борден.

— Или вы меня раздавите? — уточнил Магистр.

— Я просто смету вас с дороги.

— А это лучше или хуже, чем раздавить?

— Не нарывайтесь на неприятности, — сказал Борден. — Сейчас вы защищены законами гостеприимства, но после того, как вы покинете этот особняк, все изменится.

Магистр ухмыльнулся.

Ему угрожали тысячи раз, и этот случай пока даже на десятку самых опасных не тянул.

— Я знаю про дар вашего рода, — сказал Борден.

— Тоже часть работы?

— Потенциально вы очень опасный боец, — продолжил британец, снова пропустив реплику Магистра мимо ушей. — Я знаю, чем вы занимались последнее время, и признаю вашу способность справиться с Вениамином. Но крайне не рекомендую вам выходить против меня. Наведите справки, если вы вдруг обо мне ничего не слышали.

— Обязательно, — пообещал Магистр. Местный аналог Бордена вел себя так, как будто все должны были о нем слышать. Борден из Системы, обладающий наверняка более значительными способностями, держался гораздо скромнее. — Вы в свою очередь можете не утруждаться подобным в отношении моей персоны.

— Уверяю, что знаю о вас все, что мне нужно знать, — сказал Борден.

Магистр пожал плечами. Это было самое распространенное заблуждение, в которое впадали имеющие с ним дело люди. И нелюди тоже.

— Что ж, я рад, что мы разговариваем, как цивилизованные члены общества, — заявил он. Угрозы — это ведь тоже часть цивилизации. — Но, прежде, чем вы вернетесь к своим танцам, я хотел бы уточнить еще один момент. Ваша осведомленность о моей персоне и ваше дело с Вениамином Грозовым как-то связаны с моей сестрой Катериной?

Магистр специально уточнил имя «сестры», желая убедиться, что речь пойдет не о Шикле.

Сделать подобный вывод было несложно — Вениамину Грозовому в столице было поручено только одно дело. И если местный Борден в курсе…

— Разумеется, — сказал сэр Гарольд.

— И вы знаете, где она?

— В британском посольстве, — сказал Борден. — Заверяю вас, она в безопасности, ей ничего не грозит и с ней хорошо обращаются. Как и положено ей по статусу.

— Статусу пленницы? — уточнил Магистр.

— Статусу моей будущей жены, — сказал Борден.

Виталик протянул руку и помог мне подняться.

— Надеюсь, это не туман из повести Стивена Кинга, — сказал я. Не хотелось бы, чтобы откуда-нибудь вылезло чудовище, способное перекусить меня пополам. Ну, или Виталика, если уж на то пошло. Хотя я был почти уверен, что Виталиком оно подавится.

— Не паникуй.

— Я читал эту книгу, и этот совет там мало кому помогал.

Я попытался вызвать интерфейс и убедился, что он не работает. Что ж, все, как мы и ожидали. За исключением того, что здесь ни черта не видно.

— Лошадка! — негромко, чтобы не привлечь внимания чудовищ, позвал я. Впрочем, туман глушил звуки, и вряд ли мой голос был слышен за пределами двухметрового радиуса.

— Здесь никого нет, — сказал Виталик.

— А тебе это не кажется странным? — спросил я. — Почему на нашей стороне портал блуждает по всей Системе, а здесь он заякорен в одном конкретном поместье?

— Особенности физики эвереттовых пространств.

— И вот еще что. Буквально пару дней назад через этот портал утекло больше тысячи человек, что вряд ли понравилось тем, кто ими владел, — сказал я. — И ты думаешь, что они не выставили заслоны?

— Если параноики живут дольше, ты, видимо, собираешься жить вечно, — сказал Виталик.

— А ты нет?

— В отличие от тебя, я стоически переношу любые трудности и не склонен нервничать из-за каких-то мелочей.

— Фигасе мелочи, — сказал я.

— Тихо, — сказал Виталик, и в его руках оказался дробовик. — Мне кажется, я кое-что слышу.

Я заткнулся и тоже услышал. Что-то передвигалось в тумане. Что-то очень большое. Наверняка, что-то очень опасное. В другом мире ведь иначе не бывает.