Однако сегодня меня интересовала иная вещь — «Предел». Пока мы не отправились в экспедицию, я хотел опробовать данное заклинание без перчатки-линзы. Подопытной выбрали Лукичну, водника Щукина я оставил на закуску.

Интересно было посмотреть, в какую сторону пойдeт развитие поварихи. Зинаида удивилась просьбе, но согласилась поучаствовать в некоем магическом обряде.

Гио с прошлых остатков приготовил мне по рецепту необходимую смесь, и вот настало время икс. Все нюансы учтены, всe подсчитано по уму.

Щепотка в левой руке растворилась в ярко-песочной вспышке. Иллюзорная жижа отделилась от ладони, что лежала на плече Лукичны, и поползла по её телу, пока полностью его не обволокло. Секунда и всё впиталось в кожу.

Женщину успели подхватить заботливые руки и усадить на любезно подставленный стул. Лекарь моментально подлечил её недомогание, выведя из предобморочного состояния.

— Зин, как себя чувствуешь, — навис над ней обеспокоенный Джанашия.

— Отойди, старая бестия, не стой ты над душой, — обмахиваясь, попросила она. — Дайте лучше водички.

Пока она жадно пила, я проверил её «Диктатурой»

Отвага (31/100)

??????? (? /100)

Повар (A)

Преданность к «А. Т. Рындину» (1/100) –33

Преданность к «В. Д. Черноярскому» (55/100) +48

Трудолюбие (66/100) +10

Достигнута 1/2 предельного уровня развития. + 1/2

Скрытые таланты — «Секретный ингредиент» (способность интуитивно улучшать вкус блюд)

Сработало! Я чувствовал слабость в ногах, но не как в прошлый раз со Склодским — сегодня было полегче переносить полную трату магической энергии. «Предел» визуализировался в виде сложно устроенного крутящегося бура. Он выдвигался у меня из ладони и ломал преграду развития оппонента, а затем уже появлялась эта золотистая плёнка.

Я сжал и разжал ладонь, осознавая, что сотворил это сам, без помощи артефакта-линзы. Мой человек теперь получил шанс стать лучше. Тепло расползлось по всему телу, а моей радостью, наверное, можно было поджечь костёр. Вишенкой на торте стала всплывшая перед глазами гордая надпись:

Освоена боевая профессия: Ведун (E)

Несмотря на то что заклинания я мог творить теперь без перчатки, я всё равно её оставил. В безопасной обстановке буду колдовать правой рукой, и жертвовать сенсорикой, а вот в драке у меня нет такой роскоши. Каждая секунда промедления подтачивает шансы на выживание, причём не только мои. Как лидер группы я нёс ответственность за своих людей.

Кстати, по поводу ответственности. На следующий день перед отъездом в храм ко мне подошёл измученный Радомир Выжига. Кузнец передал на руки три лёгких браслета, один из которых был поменьше и с парочкой прозрачных камешков, смахивающих на алмазы.

— Что это? — спросил я его.

— Ваше задание, — ответил ремесленник, заложив руки за спину.

— Погоди, — нахмурился я, — Я же просил на Мефодия что-то придумать. Ну, там штуку, что будет его сдерживать. Я думал, это будет выглядеть как что-то с цепями и с кучей железа…

— Не-не-не. Слишком грузно — неудобно для драки и в будни одна морока. Тут надо было по-другому, человек всё же, а не зверь какой. Механизмы оно хорошо, но с обычными совсем швах, артефакт — вот где выход. Спасибо, Гио Давидович подсказал, выручил.

— Хм, — я повертел в руках предмет инженерной мысли и смекалки кузнеца. — Ну хорошо, и как это работает… Хотя погоди! — я тут кое-что вспомнил. — Вот почему он разбирал ошейник для тяглов!

— Так точно, ваше благородие. У вас браслет на руку — это контроллер с двумя режимами. А это два браслета на ноги, — он продемонстрировал их внутреннюю сторону. — Влейте-ка чуток магической энергии к правому камешку. Ага, вот так, — когда я выполнил его просьбу, выскочило по четыре синие иглы. — Мы убрали всю начинку ошейника и вставили свою.

И правда, от старого артефакта осталась лишь укороченная оболочка. Метод воздействия на цель сменился на принципиально иной.

— Вы же как просили, бесноватого на месте держать, чтоб стрекача не дал? Для этого тут иглы из сапфировой кости. Выйдет окаменение, а одна из них точно попадёт в ахилл. Вот, — остановился он, обдумывая следующие слова. — Можно и на руки браслеты оформить… Времечка не хватило. Для иномирных металлов печь поболе бы, а то наша слабо греет. Оттого лишь восемь иголок и выковал, — закончил он с виноватым видом.