Шрифт:
— Ты — старший дознаватель.
— Я — старший дознаватель. — Он кивнул. — Послезавтра. Я оформлю тебе допуск к архиву — как консультанту по артефактам Тёмной Эры. Официально. С бумагой и печатью.
— Спасибо.
— Не благодари. — Он встал. — Если в том тайнике есть то, что ты думаешь — это стоит любого риска.
Даниил повернулся к выходу. Остановился.
— Костров.
— Да?
— То, что ты рассказал мне у Каменки. О вашей войне. Об оружии, которое уничтожило мир. — Пауза. — Я думал об этом две ночи. И вот что я понял: если «Наследие» хочет воссоздать ваши технологии — не только Витязей, но и всё остальное…
— То они хотят воссоздать то, что убило этот мир однажды, — закончил я.
— Именно. — Он посмотрел на меня. — И я не допущу, чтобы это случилось. Чего бы мне это ни стоило.
Он ушёл через подземный ход, тихо, как тень. Панель за стеллажом встала на место.
Сергей и я сидели в тишине подвала. Свеча на верстаке оплывала, бросая рваные тени на металлические стены.
— Нравится мне этот поп, — сказал Сергей.
— Мне тоже, — ответил я.
Помолчали. Потом Сергей сказал:
— Дубровин. Человек Андрея. Если за «Наследием» стоит младший наследник…
— Тогда мы влезли в игру, в которой фигуры — Архимагистры и Архимаги. А мы с тобой — даже не пешки. Мы — муравьи, случайно забравшиеся на шахматную доску.
— Муравьи, которые умеют убивать Мастеров.
— Это не поможет против Архимага.
— Не поможет, — согласился Сергей. — Но у муравьёв есть одно преимущество: на них не обращают внимания.
Он был прав. Пока — был прав.
Я встал, потушил свечу, лёг на свою лежанку. Закрыл глаза.
И за секунду до того, как провалиться в сон, поймал его — тот самый сигнал, который тренированный разум Витязя вылавливает из фонового шума автоматически, без сознательного усилия.
Чужая аура. Слабая, приглушённая маскирующим амулетом — но не настолько, чтобы обмануть сенсоры Витязя-3М, работающие на расстоянии четырёх-пяти километров. Нет, эта аура была ближе. Гораздо ближе. Метрах в пятидесяти, на крыше дома через улицу.
Кто-то следил за мастерской.
Не «Ржавые» — те давно притихли, и их ауры я помнил. Это был кто-то другой. Кто-то осторожный, с хорошим маскирующим артефактом. Подмастерье, не ниже.
Я открыл глаза. Посмотрел в потолок.
Сказал тихо:
— Серёга.
— Слышу, — ответил он так же тихо. — Полминуты назад засёк. Один человек, крыша напротив. Артефакт приличный, но не для нас.
Мы лежали в темноте и молчали. На крыше через улицу лежал или сидел человек, который следил за нами. И ни он, ни тот, кто его послал, не знали, что мы уже знаем.
Часы, которые начали тикать после Каменки, только что ускорились.
Глава 13
Я проснулся за час до рассвета.
Не от шума, не от боли — просто проснулся, как просыпается механизм, в котором сработал внутренний таймер. Четыре часа сна — достаточно для Витязя-3М в режиме восстановления. Не идеально, но достаточно: мозг отдохнул, мышцы перестали ныть, плечо из категории «терпимо» перешло в категорию «почти норма». Пальцы правой руки работали полностью. Я сжал кулак, разжал, сжал снова — хватка твёрдая, без дрожи. Годен.
Первое, что я сделал, не открывая глаз — прогнал сканирование. Фоновое, широким веером, на полную дальность. Привычка, вбитая в подкорку: проснулся — проверь периметр.
Наблюдатель был на месте. На той же крыше, через улицу — но аура другая. Вчерашний был тише, аккуратнее, с характерным «приглушённым» контуром, который давал хороший маскирующий артефакт. Сегодняшний — чуть ярче, чуть грубее в маскировке, словно артефакт того же типа, но настроенный другой рукой. Или — тот же артефакт, но на другом носителе.
Смена. Они работают посменно.
Это меняло картину. Одиночка на крыше — это может быть случайность, наёмник на разовом задании, чей-то мелкий шпион, решивший проявить инициативу. Посменное дежурство — это организация. Это значит: кто-то отдал приказ, кто-то составил график, кто-то платит. Минимум два наблюдателя — а скорее три-четыре, потому что человек не может сидеть на крыше двенадцать часов без перерыва и оставаться эффективным. Ротация через каждые шесть-восемь часов. Значит — трое или четверо, работающих в смену, плюс координатор, который собирает информацию и передаёт выше.
Профессиональная операция наблюдения. За нашей мастерской.
Я открыл глаза. Сергей не спал — лежал на боку, лицом ко мне, и смотрел. Серые глаза в полутьме подвала казались почти чёрными.
— Другой, — сказал он тихо. — Сменился примерно час назад. Я поймал момент: первый ушёл, второй занял позицию через четыре минуты. Значит, точка передачи где-то рядом — в соседнем доме или во дворе.
— Организованная слежка.
— Да. Минимум двое, скорее трое-четверо. Артефакты однотипные — один поставщик.