— Вы не скажете, который час?

— Десять, — бросив взгляд на часы, ответил Яков. Глаза его уже следили задругой девушкой, торопливо пересекающей улицу.

И лицо ее, и походка, и устремленная вперед фигура выражали решительность и озабоченность.

«Будто из фильма — женщина племени викингов… Сильная, статная!» — невольно отметил он, наблюдая, как девушка резко откинула ладонью тяжелую волну светлых волос, брошенную ветром на лицо. Она была без куртки и шла, словно не замечая холода и моросящего дождя. Синий свитер подчеркивал четкую изломанную линию от широковатых плеч до крепких, обтянутых джинсами бедер.

Девушка подошла ближе, глаза ее встретились со взглядом Якова.

Она на мгновение оглянулась, словно проверяя, не следует ли кто-нибудь за ней, и заторопилась ему навстречу.

— Здравствуйте! Это вы звонили Илье? — чуть запыхавшись, спросила она. Пристальный взгляд зеленоватых глаз, крепко сжатые губы, движение руки, стиснувшей ремешок сумки, — во всем ощущалось напряжение и сдерживаемый усилием воли страх.

— Да, — лаконичный ответ напоминал теннисный шарик, посланный через сетку. Яков молчал, терпеливо дожидаясь обратной подачи.

Девушка испытующе всмотрелась в его лицо.

— Вы из полиции? — понизив голос, спросила она.

Яков кивнул и привычным жестом достал из кармана свое удостоверение.

Девушка вздохнула с явным облегчением и снова беспокойно оглянулась.

— Как вас зовут? — благодушно поинтересовался Яков, который между делом осматривал пространство за ее спиной. Пока не наблюдалось ничего подозрительного.

— Марина.

— Знаете, Марина, по-моему, нам лучше поговорить у меня в машине. Не будете так нервничать. Вы согласны?

— Да.

— Сейчас я выеду со стоянки и вас посажу. Остановимся в каком-нибудь тихом дворе. Спокойно побеседуем. Подождите меня несколько минут.

— Я лучше с вами пойду.

— Можно и так.

Через десять минут машина Якова въехала на пустую площадку, окруженную старыми четырехэтажными домами. Мелкий и частый дождь, казалось, стремился до блеска вымыть их и сделать более привлекательными. Разлитые по стоянке лужи рябили от уколов дождя и, наполняясь, силились дотянуться одна до другой.

Худой старик с зонтом, очевидно, следуя многолетней привычке, совершал неспешный променад вдоль мокрых домов. Рядом семенила коротконогая вертлявая такса, брезгливо отряхивая испачканные лапы.

Яков остановил машину, заглушил мотор и улыбнулся девушке:

— Ну, рассказывайте, Марина, что случилось. И как вы поняли, что я из полиции? Может быть, к нам пойдете работать? Знаете, при такой интуиции…

Марина поморщилась.

— Не надо меня успокаивать, — хмуро обронила она. — Оставьте ваши шутки. Почему догадалась? Я же знаю практически всех, кто звонит Илье. А тут — незнакомый голос. Знаете, события за последнее время произошли странные. Тревожные даже… Поэтому первое, что приходит на ум, — звонят из полиции! А спрашивать не хотела — вдруг я ошиблась. Да и прослушивать телефон могут. Но вы, я вижу, сообразили, что к чему…

— Сообразил, — покладисто согласился Яков. Он насторожился, ловя каждое слово девушки. — Что за события произошли, Марина? Вы знакомая Ильи? Подруга?

— Подруга. Невеста, можно сказать. Я в курсе всех его дел. А произошло вот что.

Понимаете, Илья очень переживал смерть отца. Очень уж как-то… дико, внезапно все произошло. Казнил себя, что не пришел на тот юбилей. Как будто мог предотвратить это… ну… событие. Только работой и спасался. А его же не так давно повысили в должности. Нагружен он был — под завязку прямо… Я его реже стала видеть.

И вот недавно Илья пробросился между делом, что звонил ему некий детектив. Хочет, мол, важные данные касательно отца передать. Пригласил его к себе.

Мне такое дело совсем не понравилось — встречи какие-то, тайны… Да еще не в контору, а к себе домой позвал! Тоже новости… Завтра, значит, у них должна была встреча состояться.

Вчера Илья ко мне пришел, где-то с час побыл и отправился — вроде как мать навестить. Я еще удивилась — с чего бы ее навещать? Раньше-то он мне сам сказал, что она целую неделю у своей сестры будет гостить, в Тель-Авиве, а тут вдруг… Торопился так, что даже свой мобильный телефон у нас оставил. Вечером позвонила ему домой — хотела про мобильный напомнить, — не отвечает никто. С мамой его попыталась связаться — тот же результат. Да что такое?! — думаю. Прячутся от меня, что ли? Позвонила ему утром на работу — заболел, говорят. Я в университет с утра не поехала — отправилась Илью навестить. Кстати, я на медицинском факультете учусь, на врача. Ладно, ерунда это… — Марина стиснула руки. — Приезжаю, а квартира закрыта. Как понимать? — думаю… У меня ключ есть от его квартиры. Открываю, захожу… — Марина резко повернулась к Якову и почти выкрикнула: — Не ночевал он дома! Не было его там… А тут и вы позвонили.

— Понятно, — Яков нахмурился. — А почему вы решили, что Илья отсутствовал в квартире ночью? Может быть, он ее покинул рано утром?

— Нет, это исключено. Я хорошо знаю его привычки. Мы жили вместе больше года. Я пока нахожусь у родителей, потому что отец приходит в себя после инсульта. Я ведь медик как-никак — приглядываю за ним. А Илью я хорошо изучила. Он одну рубашку два раза ни за что не наденет. Так вот, голубой рубашки, в которой он вчера ко мне приходил, я в корзине не обнаружила. И потом, если он заболел, то где же он ходит-бродит?