Annotation
«ИСКАТЕЛЬ» — советский и российский литературный альманах. Издаётся с 1961 года. Публикует фантастические, приключенческие, детективные, военно-патриотические произведения, научно-популярные очерки и статьи. В 1961–1996 годах — литературное приложение к журналу «Вокруг света», с 1996 года — независимое издание.
В 1961–1996 годах выходил шесть раз в год, в 1997–2002 годах — ежемесячно; с 2003 года выходит непериодически.
ИСКАТЕЛЬ 2006
Содержание:
Рита ШЕЙН
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Глава 13
Глава 14
Глава 15
Глава 16
Глава 17
Глава 18
Глава 19
Глава 20
Глава 21
Глава 22
Глава 23
Глава 24
Глава 25
Глава 26
Глава 27
Глава 28
Глава 29
Глава 30
Глава 31
Глава 32
Глава 33
Глава 34
Леонид ПУЗИН
INFO
notes
1
2
3
4
5
6
7
8
9
ИСКАТЕЛЬ 2006
№ 9
*
Содержание:
Рита ШЕЙН
МЯГКИЙ ПРЫЖОК ПАНТЕРЫ
детективная повесть
Леонид ПУЗИН
КУРАТОР ЗУРХ
рассказ
Рита ШЕЙН
МЯГКИЙ ПРЫЖОК ПАНТЕРЫ
детективная повесть
— Отличные грибки, дорогая! Откуда рецепт?
— Из детектива… Анекдот
Глава 1
Ранние сумерки мимолетной израильской осени стремительно сгущались. В переплетении темно-зеленых ветвей мягко и романтично светились стилизованные под старину фонарики. Ветер, недавно приятно-прохладный, внезапно дерзко и знобяще заметался перед виллой, будто интересуясь, что там заманчиво пестреет на длинном, спрятанном под деревьями столе. Остатки зажаренного с яблоками гуся, бутерброды с икрой, хрустальные вазочки салатов, опустевшие бутылки дорогих вин…
Яркие женщины в вечерних туалетах зябко передергивали плечами, переводя дыхание и улыбаясь своим спутникам после жаркого танцевального марафона. Разогретые спиртным мужчины весело и громко переговаривались. На краю стола собралась компания старушек в цветастых платьях из ацетатного шелка и толстых вязаных кофтах. Их манера говорить, мимика и улыбки навевали ностальгические воспоминания о маленьких городках Украины и Белоруссии. Одна из почтенных женщин поправила под подбородком узел платка и значительно улыбнулась, указав взглядом на виновника торжества — крепкого седоватого мужчину, который с довольным видом потирал подбородок. На короткопалой руке тускло поблескивал массивный золотой перс-тень.
— Смотри, Лиза, чего Макс достиг! А ведь ты могла сейчас стоять рядом с ним… Помнишь, как он за тобой ухаживал, как любил тебя? Исключительно!
Собеседница слабо улыбнулась. Ее увядшее лицо еще сохраняло тающие остатки былой красоты. На минуту мелькнула в памяти давняя картина: она, светлолицая и голубоглазая, легко ходит между партами, поглядывая на великовозрастных учеников вечерней школы. Постукивают шпильки модных «лодочек», шуршит пышная юбка, стянутая на тонкой талии. А вот и Макс — следит за ней темными смеющимися глазами. Черная шевелюра властно притягивает ее руку — хочется погрузиться в переплетение крутых кудрей, теребить их, комкать… Да, увлечение было сильным и жгучим… Но пятнадцать лет разницы… Скажут — соблазнила мальчишку, отвергла его настойчивые ухаживания… Макс быстро утешился. Разъезжал по городку на мотоцикле с припавшей к спине очередной девицей — разборчивостью не отличался. Потом приехала на студенческие каникулы Соня — невзрачная профессорская дочка, наивная и недалекая. Заднее сиденье знакомого мотоцикла мгновенно опустело — легкомысленные девицы, как пестрые бабочки, были сметены ураганом пылких чувств Макса к московской гостье. А через месяц Макс уехал в столицу с молодой женой. Поступил там в строительный институт; потом то ли сам бросил учебу, то ли выгнали его — темные слухи ходили… Изредка появлялся в их городке — вальяжный, самоуверенный. Последний раз навестил мать уже с новой женой, вон она, положила одну руку ему на плечо, а вторую небрежно отводит в сторону, сжимая в тонких пальцах сигарету. Эф-фекгная женщина — огромные темные глаза, капризные губы пылают на матовом шелке кожи.
Красавица что-то предлагала мужу, обводя глазами двор и томно улыбаясь.
— Как хочешь, Ида!
Макс отдал распоряжение предупредительно склонившемуся к нему мускулистому парню. Тот откашлялся и зычно провозгласил:
— Дамы и господа! Предлагаю всем перейти в дом. Чай, кофе и все прочее будет там. На улице уже слишком холодно.
Гости потянулись к дверям виллы. В нарядной гостиной накрывался длинный стол. Две девушки в одинаковых белоснежных блузках и бордовых юбках, двигаясь как-то не по возрасту степенно, неспешно расставляли поблескивающую перламутром чайную посуду, коробки конфет, сахарницы… Отливали золотом этикетки ликеров и дорогого коньяка. Улыбаясь и негромко переговариваясь, гости рассаживались, больше рассматривая висевшие на стенах картины, чем угощение.