— Дичь какая, — поморщилась я. — А дядька Тиво — это кто?

— Отец Пейто, бакалейщик.

— Тем более дичь. Все побиты за свои же деньги. Ахинея несусветная! — я возмущённо фыркнула. — Уверяю тебя, мы не будем драться. Но стараться придётся, иначе не стать тебе уважаемым человеком.

— Я бы лучше поучился кузнечному ремеслу, — мечтательно вздохнул Руди. — У кузнецов всегда денег навалом. Или к пекарю в ученики пойти. Всегда сыт хотя бы. А ещё лучше, — глаза у него заблестели, — на конюшню!

— И чего ты там не видал?

— Глядишь, приметит меня добрый рыцарь, и стану я оруженосцем!

— Шикарная идея! — саркастически оценила я. — Будешь таскаться по турнирам за каким-то дуболомом… или чем рыцари обычно занимаются? А сестру, значит, бросишь на произвол судьбы? Одну?

— Но я же должен чем-то зарабатывать себе на жизнь? Раз уж мы продали усадьбу, мне нужно дело, которое будет меня кормить, — уверенно заявил Руди. — А тебя мы выдадим замуж.

— Ёкарный бабай! Опять!

— Кто? — удивлённо спросил Руди.

— Бабай. Неважно. Не хочу я замуж, что ты заладил?

— Все девушки хотят.

Железный аргумент!

— Так! — я вскочила с лавки. — Не сваришь с тобой каши!

— Почему? Кашу я умею…

О, Господи! Что, и такой пословицы здесь нет?! Я шлёпнула себя ладошкой в лоб и постаралась успокоиться. Что за психоз начался? Спокойно, спокойно…

— Ладно. Давай обедать, в самом деле. Выберешь по своему вкусу?

Что-то меня как будто начало знобить. Перенервничала, что ли? Или… Не хватало ещё от местных какую-нибудь лихорадку подхватить!

Руди, не замечая изменений во мне, обрадовался:

— Ага! Только руки помою!

Нет, есть всё-таки прогресс. Так что не паниковать. Глядишь, мы ещё вложим в эту лохматую голову какие-нибудь мечты покруче перспективы стать конюхом или булочником. И, кстати! Если раньше он мог мечтать только о карьере оруженосца, то теперь-то, наверное, можно и на рыцаря заглядываться? Ну раз мы теперь дворяне?

Знать бы ещё, нафига оно нам надо, это рыцарство…

...

За обедом я донесла до Руди эту новую мысль и вызвала ею просто бурю восторга. К моему глубочайшему потрясению, он даже забыл про еду и принялся скакать по комнате, как кузнечик, расписывая мне прелести рыцарства. По всему выходило, что эти боевые киборги-убийцы только и делают, что воюют. Я, правда, со своей стороны подозреваю, что они ещё спят, едят и делают других рыцарей (в компании противоположного пола, само собой) — как-то же должен пополняться численный состав, неизбежно убывающий в процессе боевых действий?

Что-то несёт меня куда-то…

С трудом выпроводив Руди после обеда, я прибрала следы нашего пиршества и в глубокой задумчивости побрела по дому, раздумывая: а реально — что из мебели я могу взять? Стол, лавки и большие шкафы отпадали сразу. Комод мы, наверное, сможем вдвоём выволочь, если предварительно вынуть из него не только барахло, но и ящики, потом уже в телеге обратно собрать и там же наполнить. Таких комодов у меня было два. Ещё сундук, который мне казался неподъёмным, и чемодан из-под кровати.

И зеркало! Я покрутилась, глядя на своё отражение. Этот Утбрен так расстроился, когда услышал, что зеркало я как раз заберу! Пусть оно не самое большое, но по нынешним временам очень приличное. Я вгляделась в глубину слегка золотистой поверхности. А ведь не кажется мне, щёки реально покраснели. Прицепилась всё-таки какая-то гадость. Оттого и паника, и мысли путаются. И вон ноги как будто дрожат? Или я уже себя накручиваю?

Я высунулась из окна, крикнула Руди, что мне не очень хорошо, и если я усну, пусть ужинает без меня. По своему усмотрению.

В кровать забиралась уже на полуавтомате. Становилось всё холоднее — причём, я осознавала, что на дворе жаркий день. Натурально знобило меня. Укуталась в два одеяла, сверху покрывалом укрылась и провалилась в забытьё.

Нитон

Натурально охреневая от того, что какой-то простой кусок железа вдруг пробился сквозь мои щиты и смог причинить мне настоящие повреждения, я активировал «Скрыт» и метнулся в сторону — и, как оказалось, вовремя! Мимо просвистел такой залп стрел, что… Раз уж мои щиты начали так сбоить — я б запросто стал похож на подушечку для игл. Что в данной ситуации, возможно, стало бы фатальным.

Да в рот мне ноги, это ж надо так здорово ошибиться в расчётах! Выходит, до конца мне осталось совсем немного? И что — прямо здесь??? Нет-нет-нет-нет-нет! Прошу пардону, но я так не договаривался! Снова вот этот пубертат (как по-научному назвал сей возраст один из моих давних знакомцев), пушок над верхней губой, нескладность тела и бешенство плотских желаний? Без меня! Как хотите — без меня!

Однако, если б я знал, ни за что бы в эту авантюру не вписался. Да что там говорить, если б я хотя бы подозревал, я сейчас не то чтобы на полпути, я бы уже на месте был! А может быть, уже и…