Соратники Гила медленно шевелились на земле и пытались встать. Я так думаю, от них он помощи сегодня не получит.

Я шагнул к остаткам строя и снял «безразличие».

— Раз на раз? — и приглашающее помахал левой ладонью.

Не подвёл меня Бродяга. Свирепо рявкнув, здоровяк перешагнул через лежащих соратников и, задрав двуручник, попёр на меня. Кто ж так на копейщика идёт? Я без затей метнул в него «Ответ»… А он его отбил! Молниеносным движением, так что казалось, на меня даже ветром повеяло. Силён, однако! А если так?

Я рывком сместился вправо и, достав их схрона «Ветер», выпустил в охотника стрелу. Я уже говорил, что не люблю «в копьё», так же как не люблю «в лук». Но это не значит — не умею. Очень даже умею. Просто не моё это.

Гил с такой же лёгкостью, как «Ответ», отбил и стрелу «Ветра». Ай, молодец! Я прям сильно зауважал этого охотника. А так? Под ногами Гила захлюпала вода. Благо вокруг нас — болото. Он провалился сразу по колено и продолжал погружаться в очень жидкую грязь. А ты думал, я с тобой буду прямо кость в кость биться? Сталь на сталь? Пришёл бы один, вполне возможно, так и было бы. А под прикрытием магини, да с такой дружиной — ну извини, честного боя ты не получишь.

Охотника засосало уже по пояс. Я прекратил подпитку заклинания, и почва почти мгновенно высохла. Гил, словно маленькая мельница, крутил свой двуручник, но, естественно, достать до меня не мог. Как не мог и вырваться из земляной ловушки. Я медленно поднял «Ответ» и пронзил ближайшего ратника. Претендент на моё сердце бешено зарычал, вот только толку-то? Метнуть в меня он свой двуручник мог, а опять же — толку-то? Я прошёл мимо лежащих тел и, задумчиво постояв, воткнул «Ответ» в грудь ещё одному ратнику. Всё равно, судя по всему — не жилец. Уже кровь распадаться от молнии началась. Так что — почти милосердие.

А вот Гил, судя по всему, так не считал:

— Бейся со мной! Со мной! — рычал он, пытаясь вырваться из земляной ловушки.

Попытки впечатляли. Этак он действительно вырвется! Я дополнительно откачал из почвы вокруг Гила воду, превратив её в подобие камня. Хрупкое, пожалуй, но тем не менее.

— Вылези из этого, здоровяк. Удачи тебе.

Я обошёл по кругу валяющихся людей. Так, этот тоже… удар копьём, и «Ответ» выпил очередную жертву.

— Гадина! Урод! Тварь!

— Твои слова просто мёдом проливаются на мою душу!

— У тебя нет души! Мразь! Демон! — не унимался Гил.

Я присел на безопасном расстоянии от него на подвернувшийся походный табурет. Настроение сделалось философское.

— А вот это спорный вопрос. Ещё никто из этого слоя мироздания так и не доказал, что, во-первых, у демонов нет души. Во-вторых, что у людей она есть. В-третьих, и тут мы переходим от теории к практике — я смотрю на тебя, так в тебе вообще столько кровей намешано, просто удивительно. Ты возможно и не знаешь, но в тебе есть-таки частица нашей, демонской крови. Маленько совсем, но есть. Какая-то прапрабабка была не совсем верна прапрадедке? Какая неожиданность. Да и в остальном… даже эльфы с коротышками из-под гор отметились. Удивительный гибрид!

— Лжец! — заорал охотник, наливаясь дурной кровью. — Я убью тебя! Убью!

— Ты мне надоел, — скучающе ответил я, поднялся и проткнул ещё троих его спутников. — У тебя почти закончились товарищи… А знаешь, что будет, когда я убью их, а потом тебя? Не знаешь? — я улыбнулся. — Я поднимусь на холм и пообедаю молодой магичкой. Девичье мяско, что может быть лучше? Она так забавно в обморок падает…

Я ещё раз улыбнулся. Эдак плотоядно.

А вот Гил внезапно успокоился. Даже вырываться перестал.

— Юо жива? — спросил он.

— Кто? — уточнил я. — Магичка на вершине холма? — Он хмуро кивнул. — Жива-жива! Но это ненадолго, как ты понимаешь.

— Демон! Меняю свою жизнь на её! — рявкнул Гил.

Я коротко хохотнул.

— У тебя нет ничего, что ты бы мог мне предложить. Ни-че-го! Даже твоя жизнь сейчас — лишь мимолётный каприз Серого демона. Ребятки, вы действительно собирались убить меня, забрать моё сердце и взять трон короля Фракса?

— Нет, — ответил он и, честно говоря, удивил меня. — Мы не собирались охотиться на тебя.

— Вот сейчас ты меня прямо расстроил. А зачем тогда всё это? — я обвёл руками поваленные шатры, порушенный частокол. — И, главное — зачем были они? — Я пнул сапог ближайшего латника. Гадство какое. Умер сам, засранец, не дал «Ответ» напоить!

— От меня ожидали, что я буду участвовать в охоте, — скрипнул зубами Гил. — Это защита от остальных претендентов. Мы собирались отсидеться на этом холме посреди болота, пока кто-нибудь не добыл бы твоё сердце. И всё.

Он обвёл глазами тела соратников и повторил: