Но для охранителей, как-то слишком представительно и богато. Значит это встречающие от князя. Было бы удивительно считать, что моё прибытие станет для владыки Дхивала новостью. Но его осведомлённость и скорость реакции всё же слегка напрягает. Телеграфных линий через океан не проложено и чтобы так точно узнать корабль, на котором я прибуду, и рассчитать время прибытия — это внушает уважение… и лёгкие опасения.

Не только великогартские островитяне имеют свои глаза и уши в империи. Дхивальские островитяне от них не отстают. На Поющих островах у них имеются не только уши, но и средства быстро донести нужную информацию до князя. Хотя, с учётом бороздящих море туда-сюда контрабандистов, это и неудивительно.

Но так быстро отыскать меня в шумном порту… Похоже, капитан «Красотки» тоже в деле. Либо как-то предупредил, что зашёл в порт, либо пришвартовался в заранее оговоренном месте.

— С кем имею честь? — поинтересовался я, убрав руку с оружия. Не лучшая идея нервировать представителей местной власти.

— Имя этого недостойного слуги Аджай, я приставлен к вам, чтобы выполнять Все запросы Вашего Сиятельства. Великий князь Осоман Сухарат, да живет он тысячу лун, приветствует маркграфа славной империи Эдан на благословенной земле княжества Дхивал, — велеречиво поприветствовал меня главный из этой пятёрки. На эданском он говорил с лёгким акцентом.

— Мои благодарности Великому князю. Я с радостью принимаю его приглашение.

Можно подумать, у меня есть возможность отказаться. Захочу, эти представительные ребята не дадут. Но хоть не придётся гостиницу искать, с дипломатической миссией возиться, а затем на приём пробиваться. Знатная экономия времени.

— Мой владыка будет счастлив это услышать и сделает всё, чтобы вы чувствовали себя как дома, — продолжал соловьём изливаться «недостойный» Аджай.

Главное не забывать, что не только в гостях, но и в другой стране, добавил я про себя. Здесь свои обычаи, законы и правила.

Слышал в Дхивале кошки чуть ли не священные животные, обижать их не следует. Впрочем, нужно быть редкостной скотиной, чтобы обижать кошек.

Да и этот Аджай не так прост. Чуть ли не под ногами стелется, а взгляд цепкий, внимательный. Да и перстенёчки у него на пальцах явно не простые. То, что они дорогие — факт. Пусть и говорят, что в Дхивале драгоценные камни чуть ли не под ногами валяются, но это преувеличение. Да и часть перстней Аджая — артефактные. Сколько камни маны не маскируй под драгоценные, а опытный взгляд не обманешь.

Да и обычные драгоценные камни могут служить подобием камней маны. Емкость в разы хуже, но пустить огненную стрелу или разовый щит поставить хватит. Стоят подобные драгоценности соответственно.

Подозреваю, по мою душу прибыл не простой слуга, а кто-то из «черных» князя всех князей. Понятия не имею, как их в Дхивале называют. Причем этот кто-то занимает среди княжеских «чёрных» явно не последнее место.

«Везёт» мне на таких личностей. Век бы их не видеть. Один раз вляпаешься — всю жизнь страдаешь.

Поездка по улицам Сихима оставила двоякие впечатления. Редко где встретишь такое дикое сочетание блеска и нищеты, красоты и убожества. Нет, в любом городе Эдана, даже в столице, хватает неприглядных мест. Взять те же рабочие районы, серые от угольной пыли. Но в столице Дхивала всё как-то дико перемешалось. Толпы худых, одетых только в грязные набедренные повязки нищих на ступенях сияющих позолоченными статуями богов храмов. Торговцы, которые толкают разложенные прямо на земле товары. И корзины с вонючей рыбой стоят рядом с дорогими дхивальскими коврами. Но больше всего поразило количество людей на улицах — настоящая живая река.

Возможно, мои впечатления обманчивы, и всему виной шумный порт Сихима. Но что-то мне подсказывает, что в остальном городе не лучше.

Впрочем, не стоит судить чужой образ жизни. К тому же, я всего лишь гость и мое пребывание в столице княжества не продлится долго. Что не может не радовать — не люблю шум и суету. Да и запахи непривычные. Это я так мягко описываю вонищу, что стоит на улицах.

Картинка стала меняться по мере приближения высоких белых шпилей огромного дворцового комплекса. Число людей на улицах уменьшилось, одежды стали богаче. Или хотя бы появились, до этого большинство встреченных дхивальцев щеголяли в разной степени чистоты набедренных повязках. Исчезли крикливые, вездесущие торговцы.

Рикша, что тащил нашу коляску, пошёл веселей. Как этот сухой, тщедушный на вид человек справлялся с двумя пассажирами, понятия не имею. Но каким-то особо забитым или недовольным жизнью он не выглядит.

Сопровождающие Аджая, прежде расчищавшие нам путь через толпу, теперь шли почётным эскортом с двух сторон от коляски.

Сам Аджай весь путь молчал. Да и я не настаивал на беседе, предпочитая смотреть диковинки дхивальской столицы. А для меня всё диковинка. Тех же живых слонов, что нет-нет, а встречались на улицах, я прежде видел только один раз во время учёбы в Академии, когда в Тирбоз приезжал бродячий цирк. Да и то это было в прошлой жизни.