– У Марии нервный срыв. – произнёс добродушный голос рядом со мной.

Я даже не поняла, когда в моей комнате появился посторонний. Мне вообще тяжело было следить за перемещением людей. Поэтому, я отмечала их голоса на краю сознания, но не прислушивалась. Но незнакомый голос всколыхнул мой интерес. Впрочем, почти сразу я потеряла интерес к разговору.

– Ну так сделайте что-нибудь, чёрт побери!

Услышав его голос, я привычно зажала уши и закрыла глаза. Голоса стали глуше, но не пропали совсем.

– Девушка реагирует на вас болезненно.
– настороженно отозвался голос.

– Я знаю. Вылечите её! Она не ест и не спит уже два дня!

После этого короткого разговора на время всё стихло. Потом холодные руки перевернули меня на спину. Я попыталась сфокусироваться на белом пятне передо мной, но у меня это не получилось. В глазах всё расплывалось на отдельные фрагменты.

– Мария, я доктор. Сейчас я поставлю вам капельницу. Не пугайтесь.

Смысл фразы дошёл до меня, только когда блестящая игла проколола мою кожу на руке. От резкой боли у меня получилось сфокусироваться на происходящем. И я заметила высокий раскладной штатив и пакеты с жидкостью висящие на нём. Врач заметил мой интерес и постарался наладить контакт.

– Мария, в данный момент вы находитесь в опасности? – спросил седой врач, с внимательными и добрыми глазами.

Я обдумала его слова. Возможно, лекарства стали действовать, и я смогла понять то, что он мне сказал. Но всё равно, сформулировать ответ мне было не под силу. И я просто отрицательно покачала головой.

– Может, над вами совершили насилие?

– К чему эти вопросы? – от ледяного тона у меня пошли мурашки по спине.

– Я обязан выяснить причину такого состояния.

Врач хотел меня защитить. И я была ему за это благодарна. Но в том, что случилось виновата только я. Никто не заставлял меня влюбляться в мерзавца. Я сама решила ему поверить. И вот итог.

– Нет… - мой голос больше был похож на карканье, поэтому пришлось прокашляться, прежде чем продолжить – Я сама виновата.

После моих слов в комнате повисло долгое молчание. Не знаю, о чём думали мужчины. Я разжала пальцы, и только сейчас осознала насколько сильно я сжимала их. Все мои мышцы понемногу расслаблялись. По всему телу разливалось умиротворение и лёгкость. Вопросительно поглядела на штатив, а потом на врача.

– Это успокоительное. И немного глюкозы, чтобы вы почувствовали себя лучше. Мария, с вами посидит медсестра, а я вернусь завтра, когда вы поспите. Хорошо?

Я благодарно кивнула ему и закрыла глаза. На этот раз у меня получилось нырнуть в блаженные объятия сна. Забота доктора немного согрела мою застывшую душу.

Проснулась я от нестерпимого желания посетить уборную. При этом вставать я боялась. Даже открывать глаза не хотела. Вдруг я обнаружу его в комнате. Вряд ли, конечно. К чему ему всё ещё тут находиться? Я вообще не понимала, что он вчера тут делал. Но из-за своего состояния подумать об этом было выше моих сил.

Набравшись сил, я, наконец, распахнула глаза. Из незашторенного окна лился мягкий свет. Сейчас позднее утро. Навскидку определила я. В подвинутом кресле у моей постели дремала женщина средних лет. Она была одета в медицинскую робу. Я припомнила, что говорил доктор. Значит, это медсестра, и вчерашние события мне не пригрезились.

Вообще теперь, отдохнув, я не понимала, почему всё это случилось. Я ведь не первая кого предали, и явно не последняя. Почему моя реакция оказалась такой сильной? Может всё дело в том, что я оказалась слишком слабой?

Я откинула одеяло, стараясь встать с постели. И моя возня разбудила дремавшую медсестру. Она открыла глаза, тут же оценила ситуацию и сразу встала, чтобы мне помочь. Похоже, это профессиональное. Мне бы потребовалось несколько минут, даже после короткого сна.

– Давайте я помогу вам сходить в уборную. Можете звать меня Наталья.

Я залилась краской. Женщина помогла мне подняться и дойти. И попросила не запираться. В квартире, к счастью никого не было. Но мне всё равно было не по себе. Когда я закончила, Наталья повела меня в ванную и помогла помыться. Она постелила полотенце и усадила в чашу ванны. Профессиональными движениями вымыла и расчесала мои волосы. От дальнейших услуг я отказалась. Уж вымыться у меня сил хватит. Мне и так никогда не избавиться от этого позора.

Доктор пришёл как раз когда я забиралась в постель. Вчера я почти не запомнила его и теперь рассматривала его лицо и руки. Мелкие морщинки прорезали некогда гладкую кожу. Как интересно было бы написать его портрет. Умные и добрые глаза рассматривали меня. В них не было ни жалости, ни осуждение, только сочувствие. Как он сумел сохранить искренние чувства к пациентам. Или это всё игра? Аааа!!!! Я запуталась!

– Ну, что, голубушка. Как самочувствие?

Нет, это точно игра. Я нахмурилась, прислушиваясь к себе. Внутри всё ещё было пусто, но уже почти не больно. Пришлось пожать плечами.